Любовь всесильна

— Когда вы закончите свою дискуссию, — прервал их Чейз, пронзительно взглянув на Франко, — будьте добры, распорядитесь, чтобы мой багаж отнесли в апартаменты жены.

Все! Для Глории это была последняя капля. Она с трудом сдержалась, чтобы не крикнуть Чейзу «Заткнись!», понимая, что надо как можно скорее увести его из фойе, пока все кругом не узнали ее тайну.

— Следуйте за мной, — бросила она сквозь зубы и направилась к двери.

— Я знал, что ты все сделаешь правильно, дорогая. Глория — разумная девочка, — издевательски заметил Чейз.

"В гневе женщина забыла про лифт и повела Чейза пешком на четвертый этаж. Ее ярость росла с каждым шагом. Достав ключ от своей комнаты, она отперла дверь, даже не взглянув, следует ли за ней муж, ворвалась в номер, швырнула сумочку на диван и повернулась спиной к окну.

— Что за дьявольскую игру ты затеял, Чейз? Как ты смеешь являться сюда и обсуждать мое поведение в присутствии служащих и гостей отеля? Кто дал тебе право заявлять на весь мир, что мы женаты?

Она была похожа на взбесившуюся фурию и от гнева и досады, охватившей ее, больше не могла держать себя в руках.

— Ты очень не догадлива, моя милая, — проговорил Чейз стальным голосом. — Я приехал, чтобы предъявить права на тебя как на свою жену.

Вот это наглость! Она задрожала от ярости.

— Не будь смешным! — воскликнула Глория. Ее голос дрожал от возмущения. — Прошло много лет, и ты не можешь вот так просто снова войти в мою жизнь! Я этого не потерплю!

Годами она ненавидела этого человека за то, что он растоптал ее девичьи мечты о любви, о семье.

Чейз, внимательно посмотрев на ее пылающее, разгневанное лицо, медленно пересек комнату и остановился перед ней в нескольких дюймах.

— А как, по-твоему, я должен себя вести, получив короткую записку от адвоката, сообщающую о предстоящем разводе? — проскрежетал он. — Ты — моя жена, я никогда не дам тебе развода.

Все это она выдержать не могла. Она размахнулась, целясь в его насмешливое лицо, и… вскрикнула от боли, когда он перехватил ее руку. Его сильные пальцы сомкнулись, как наручники, на ее запястье, и одним ловким движением он заломил ей руку за спину, сильно прижав Глорию к себе. В следующее мгновение уже обе ее руки были крепко схвачены за спиной, и темноволосая голова склонилась над ней.