— Если бы у меня был муж, который трахал бы меня после того, как я украдкой к тебе на свидание сбегала, м-м? Так было бы для тебя нормально, Данил? Так было бы всё по-честному, скажи? Или твои приоритеты априори важнее моих, потому что ты заказываешь музыку?
Меня снова взрывает. И огромный термоядерный гриб ревности поднимается над выжженным дотла пепелищем, накрывая всё вокруг радиоактивным пеплом. Мой голос ломается, когда я начинаю только в общих чертах представлять себе подобное. Моя женщина с другим? Да никогда такого не будет!
— Никаких других мужиков!
— Вот и мне другие бабы не нужны между нами, — шипит она, словно змея.
— Айза — жена мне только на бумаге, Лера. Я не спал с ней, пока мы с тобой были вместе. Блядь, я клянусь тебе, что не вру! Никого не было, это понятно? Только ты! — я припечатываю Райскую каждым словом, но ей будто бы все равно.
— Как не умереть от счастья?
— Так тебе только штампик в моём паспорте спать мешает, правильно ли я понимаю?
— Господи! Ты так ничего и не понял, Данил.
Как был конченым потребителем, так им и остался. И вот что я тебе скажу — мне жаль того времени, что я на тебя потратила. Я больше не дура и теперь точно знаю — люди не меняются.
— Лера…
— Ты меня этому научил! — тычет в меня указательным пальцем.
— Чему, блядь?
— Если человек выбирает между мной и кем-то ещё, то пусть выбирает не меня. Люди приходят в мою жизнь и уходят из неё, Данил. Но самоуважение останется со мной навсегда.
И мне больше нечем крыть.
Потому что у меня связаны руки.
Но я зачем-то всё туже и туже затягиваю удавку на собственной шее.
— Ты любила меня?
И я замираю в ожидании её ответа. И даже не осознаю до конца, насколько мне важно, чтобы она сказала «да».
— Не было никакой любви, Данил.
Мои надежды размазывает этими словами. И я ещё раз убеждаюсь — меня никто никогда не любил безусловно, просто за то, что я — это я. Да, всем всегда было что-то от меня надо. Но в то же время, я так никому и не был нужен, таким, какой я есть на самом деле, со всеми загонами и минусами.
И последние слова Леры только подтверждают мои выводы.
— Ты мной пользовался. Я тобой тоже. А разве нет? Да и, как бы там ни было, всё в прошлом, — махнула она рукой и отвернулась, склонив голову так низко, что я уже не смог бы считывать эмоции с её неправдоподобно красивого лица.
— Я не хочу прошлое, Лера, – по инерции хватаюсь я за пеню морскую, как долбанный утопающий.
