Яхта покачивается на волнах, солнце поджаривает меня нещадно и где-то на нижней палубе с кем-то негромко разговаривает Данила, убаюкивая меня своим волшебным чуть хрипловатым баритоном.
Засыпаю.
И мне снова снятся его поцелуи. Влажные. Страстные. Душевыворачивающие.
Хотя, куда уж больше. Мне кажется, моя душа давно уже вывернута наизнанку перед этим мужчиной. Вот только, нужна ли она ему?
Вздрагиваю, но не просыпаюсь. Чувствую, как по моему бедру проходятся прохладные пальцы, оглаживают ягодицы и поднимаются выше, развязывая тесемки бикини.
Сердце позорно сбивается с ритма. Пульс шкалит. В голове шумит…
- Моя шоколадка, – бормочет тихонечко и начинает втирать мне в кожу солнцезащитное средство, попутно массируя самые чувствительные точки.
Выгибаюсь податливой кошкой, почти мурлыкаю от удовольствия. Приятно. По телу бегут оголтелые мурашки, а в животе закручивается в торнадо рой полубезумных бабочек.
И так всегда, когда он рядом.
- Сладкая, – шутливо рычит, прихватывая меня за задницу, и тут же впивается зубами в ягодицу.
- Даня! – взвизгиваю я и подскакиваю, тут же прикрывая обнаженную грудь.
- Я обожаю твой орешек, – тянет на себя и сгребает в охапку, зарывается носом в мои волосы и шумно дышит, а затем спускается ниже и накрывает влажным поцелуем горошинку соска, – И девочек твоих аппетитных я тоже обожаю, Лера.
- А я обожаю тебя, – бесшумно шепчу я одними губами и медленно веду руками по его спине.
За последние шесть дней столько всего случилось.
Мы отдыхали здесь, на яхте. Съездили в Ялу – природный заповедник – и даже увидели там леопарда в естественной среде обитания. Посетили пару красивых пляжей. А еще несчетное количество раз занимались любовью.
Где меня только не раскладывали. Мне кажется, эта яхта видела все. И слышала! И не только яхта! И ладно бы стоны, но Дане, очевидно, доставляло особое удовольствие доводить меня до такого перевозбужденного состояния, что я начинала умолять его подарить мне разрядку.
А когда это наконец-то случалось, срывался с цепи и словно одержимый брал меня так жадно, что я буквально распадалась на атомы, утопая в океане оглушительного кайфа.
А иногда Данил наоборот медлил, мучительно растягивал мою сладкую агонию, двигался со вкусом, но неторопливо, пока я окончательно не теряла связь с реальностью.
И я не могла выбрать, как же мне нравится больше. Может, потому что мне нравился этот мужчина весь? Вдоль и поперек.
Ужасно, если так.
