— Все они расплатились за твою выходку, она стоила им жизни, и за это…за это тебе самой придется долго и нудно расплачиваться.
Он подтащил меня к деревьям и толкнул в их сторону. Я увидела на пеньке ножницы, веревку и тюбик. О Боже….он меня повесит? Здесь в лесу? Я медленно обернулась к нему, чувствуя, как дрожит мой подбородок и катятся слезы по щекам.
— Пожалуйста…не надо…я больше не сбегу от тебя.
— Конечно, не сбежишь. Сейчас ты начнешь рвать хвойные ветки, собирать шишки и делать поделки. Ты сделаешь ровно пять венков, разложишь их на могилах, и мы поедем дальше.
Чем быстрее сделаешь, тем быстрее уедем.
Пока я плела эти венки и колола пальцы до крови, он стоял и курил, глядя прищурившись на то, как мои окоченевшие пальцы приклеивают шишки, как связывают ветки веревкой. Ничего более ужасного я в своей жизни никогда не делала. Словно погрузилась в страшный сон и не могу проснуться, словно я, как жертва извращенного маньяка не верит во все происходящее и пытается вынырнуть из марева кошмара.
Меня трясет от холода, от истерики, от ужаса. Еще никогда я не боялась его настолько, насколько испугалась сегодня. И я не верила, что для меня на этом все закончится. Не верила, что теперь отпустит и больше не накажет. Мне казалось, что это только начало…Ужасно хотелось взмолиться и прокричать «ХВАТИТ». Хватит сводить меня с ума, пугать, ломать, крошить в щепки. Он словно знает, что именно причинит мне такую сильную боль, и причиняет ее, давит на чувство вины, жмет на все мои болевые точки.
Я вспоминаю, как говорил о нем Глеб…говорил, какой он ужасный человек. Мертвый Глеб…его тоже убили из-за меня. Я во всем виновата. Как черная вдова, я приношу несчастья всем, кто меня окружает. Как будто я — это вселенское зло, к которому нельзя прикасаться. Мне было жаль их всех. И Гройсмана, и Эллен, и ее маленькую собачонку. Из-за меня погибли люди. Из-за меня они лишились жизни. Кто знал, в каких мучениях и в каком ужасе они умирали."
"— Вот здесь…кто здесь? — дрожащим голосом спросила я, укладывая последний венок, ничего не видя из-за слез.
— Какая разница? Когда ты их всех подставляла, тебя не волновало, кто из них умрет первым. Моя маленькая девочка думала только о себе, правда? — он погладил меня по голове успокаивающим жестом, а я всхлипывала и тряслась всем своим телом. — Маленькая, глупая малышка, которая решила сбежать от самого Сатаны. Ну все. Мы закончили и теперь поедем домой.
