— Доставлено только что с полей солнечной Италии, выдавлено из лучших оливок, — стрекотала официантка, приближаясь к Денису и почти наваливаясь на него. — Вау, я на вас салфетку уронила, не сердитесь…
Девушка грохнула поднос на стол, неожиданно схватила Дэна за руку и начала ее трясти, приговаривая:
— Не хотела вас обидеть, могу помочь, пытаюсь помочь. Понимаете меня? Кивните, если «да».
Жданов вскочил и отбежал подальше от официантки.
— Дорогая, до свиданья! — заорал Роберт.
— Уверены, что я не могу помочь? — осведомилась девица, по-прежнему глядя на Дениса.
— Спасибо, милая, если понадобитесь, мы позвоним, — заверила Антонина. — А где Андрей?
— Этот трус сидит в прачечной, — выпалила девушка. — Ой, хотела сказать: у него смена закончилась. До шести утра с вами буду я, меня зовут Марина. Счастлива помочь. Я понятно сказала? Хочу помочь. Помочь хочу.
— Марина, ступай вон! — заорал Дубов. — Надоела! Подадут селедку к молочной каше и думают, что угодили.
— Федор Михайлович? Вау! — жалобно произнесла официантка.
— Что вы тут делаете? Не заметила вас.
— Ужинаем мы, — сердито ответил начальник полиции. — Исчезни!
Марина кинулась в коридор.
— Это дочь нашего главного пожарного, — пояснил Дубов. — С моей девчонкой в одном классе училась и тогда нормальной казалась. Правда, года два-три я с ней не встречался. Странная она какая-то стала. Может, крышу снесло, потому что до сих пор не замужем?
— Я странен, а не странен кто ж, тот, кто на всех глупцов похож, — без интонации процитировал бессмертную комедию «Горе от ума» эксперт, набирая в шприц масло.
— И содержимое тары необычно. Вроде масло, но не пойми какое, на оливковое не похоже.
Антонина задергала носом.
— Вроде рыбой пахнет.
— Тебе кажется, — отмахнулся Роберт.
— Сиди тихо, не дергайся, — приказал Денису Борцов. — Неприятно, но придется еще потерпеть. Ваня, теперь твой черед.
Босс начал чихать, потом зажал нос пальцами.
— Действительно, слегка подванивает, — отметил Троянов. — Этикетки нет. Ну-ка…
Компьютерщик взял бутылку и начал вертеть ее в руках.
— Сколько времени им во рту масло держать? — заинтересовалась Юрская.
Дубов посмотрел на свои руки.
— Меня клей минут через тридцать отпускает.
— Ой, как долго, — покачала головой Антонина.
— Этикетку зачем-то содрали, — отметил Троянов, — на стекле остались следы. А, вот где информация осталась! Приклеена на донышко, туда посмотреть не догадались.
Денис издал громкий всхлип.
— Ты опять «лекарство» проглотил? — упрекнула его Тоня.
