"
"— Кое в чем Ваня прав, — остановил меня Борцов, — слабаку не справиться с никотиновой зависимостью. Но все эти жвачки, наклейки на кожу и прочее, на мой взгляд, чистой воды плацебо. Вот электронная сигарета неплохо работает.
Я поставила локти на стол.
— Знаю. Димон такой три недели пользовался и без особых мук забыл про пагубную привычку, но Иван Никифорович даже смотреть на нее отказывается.
Глеб Валерьянович вытащил из своего необъятного портфеля коробочку и снял крышку.
— Напомню тебе один из законов Ньютона: на всякое действие есть противодействие.
Мужчин, подобных Ване, много, и для них придуманы обманки, в частности вот она. Что ты видишь?
— Красивую шариковую ручку, — ответила я, — дорогую, с инкрустацией.
Глеб Валерьянович обрадовался.
— Да, прекрасная самописка. Кстати, Иван ноутбуком лишь при крайней необходимости пользуется. Он, как и я, из породы динозавров, предпочитает писать от руки. Так вот, на самом деле ты видишь не канцелярскую принадлежность, а аналог электронной сигареты.
— И как он работает?
— Попробуй, черкни что-нибудь, — предложил эксперт.
Я взяла стило, сняла колпачок и начала выводить на листке: «Меня зовут Таня, я живу в Москве…» Нос уловил приятный запах, повеяло чем-то знакомым, вроде жареной картошки с грибами. Наверное, ее сейчас готовят на гостиничной кухне.
— Ну как? — осведомился Глеб Валерьянович.
— Пишет мягко, — одобрила я, дергая носом.
— Ощущаешь аромат? — На лице эксперта мелькнула усмешка.
— Так это от ручки? — удивилась я. — Думала, из ресторана по вентиляции добрался.
— При нажатии на стержень, — принялся объяснять Борцов, — активируется баллончик, спрятанный в корпусе, крохотная дырочка пропускает запах находящегося внутри вещества. Каждый человек воспринимает его по-своему. Одним чудится букет спиртного, другие унюхивают еду, парфюм, но всегда что-то приятное. На самом деле аромат лекарственный, он купирует тягу к никотину, снимает агрессию, успокаивает. Подари Ване эту ручку, он с радостью будет ею пользоваться. Не хочу выдавать чужой секрет, только намекну: твой грозный босс каждый вечер сидит над рукописью.
О чем пишет, не спрашивай, не скажу.
— Как-то странно ни с того ни с сего преподнести Ивану Никифоровичу ручку, — засомневалась я.
— Между прочим, у него через два дня день рождения, — улыбнулся Глеб Валерьянович.
— Не знала, — пробормотала я. — Шеф никакой личной информации не выдает, иногда только бросает пару слов о маме, из чего я поняла, что она имеет на него огромное влияние.
