Все присутствовавшие на тусовке выложили кадры в Сеть, кое у кого инстаграмы закрыты для чужих. А я не поленился в них влезть и составил из снимков ленту событий. Как сие проделал? Ну вот, например, в ноль часов три минуты Олег Фокин запечатлел девушку, пляшущую на барной стойке, слева виден Максим. В ноль четыре Рита Репина сняла певицу Мару, возле сцены младший сын Бражкина… Я выудил из всех профилей кадры с Максом, разложил их в хронологическом порядке и теперь могу рассказать, чем занимался уважаемый Максим Игоревич весь вечер, буквально по секундам.
— Начинай, — скомандовал Иван.
Глава 34
Спустя два дня мы в полном составе сидели в доме, стоящем на въезде в Лоскутово. Он находился на строго охраняемой территории за высоким забором, верх которого украшали камеры. Зал, где сейчас расположилась большая компания людей, был богато декорирован — повсюду позолота, хрустальные люстры, ковры, картины в бронзовых рамах. У одной стены на диване и креслах устроились Каролина Бражкина и сыновья покойного мэра: старший Константин с женой Раисой, средний Семен с супругой Надей, младший холостой Максим.
Чуть поодаль на стуле с высокой спинкой сидела Ирина Федоровна, мать умершего градоначальника. Напротив в противоположном конце квадратного зала разместились все Шаровы: Алевтина Степановна, Василий Петрович со Светланой Алексеевной, их дочери Аня, Катя, Оля.
Места для членов бригады были ближе к центру помещения, мы прекрасно видели непримиримых врагов, а они спокойно обозревали нас.
— Мы похозяйничали тут без спроса, — улыбнулся Иван Никифорович, — притащили доску. Информация легче воспринимается, если она написана. Итак, господа, вы наверняка задаетесь вопросом, зачем мы вас тут всех собрали.
— И хочется услышать на него ответ, — процедила Алевтина Степановна. — Мы бросили важные дела, надеюсь, не зря.
Босс покосился на меня, я встала и подошла к доске.
— Василий Петрович пригласил нас для выяснения обстоятельств гибели мэра Лоскутова.
— Вот как? А семью покойного господин Шаров о своей акции не предупредил! — взвизгнула Ирина Федоровна. — Какое право он имел затевать расследование в отношении моего несчастного сына?
— Бабушка! — предостерегающе одернул ее Константин.
— Неужели вы не хотите узнать, кто убил Игоря Семеновича? — поинтересовалась Антонина. — Обычно близкие мечтают увидеть преступника за решеткой.
