И мало кто, наверно, поверил, что седоватый доктор «молодится» не от химии, а от известных целительных сил Кашпировского.
Однако заболтались мы изрядно с этими мертвыми чудесами, а нас живое чудо, сам Потемкин ждет. Итак, светлейший…
Женщину боготворит, курит ей фимиам, достойный богини, — таков Потемкин. Ни в чем она у него отказа не знала. Когда одна из его племянниц, графиня Сковронская, захотела стать фрейлиной царицы, чего ей никак не удавалось осуществить, ибо в деле назначения своих фрейлин Екатерина полагалась только на себя, никто другой не мог ни советовать, ни предлагать, графиня Сковронская, вбежав в спальню Потемкина и увидев на ночном столике портрет Екатерины, начала прикалывать его на свое платье (что могут только фрейлины), Потемкин воскликнул: «Катенька, поди-ка поблагодари царицу, ты уже статс-дама».
Удивленная и раздосадованная императрица вынуждена была без слова возражения принять ее в свой «штаб», ибо такова была воля светлейшего.
Княгиня Н. Загряжская: «Потемкин меня очень любил. Не знаю, что он бы для меня не сделал. У Машеньки, учительницы по клавесину, не было постоянного дохода. Я говорю: „Как ты хочешь, Потемкин, а мамзель мою пристрой куда-нибудь“. — „Ах, моя голубушка, сердечно рад, да что для нее сделать, право, не знаю“. И что же? Через несколько дней сообщают, что моя мамзель пристроена ротмистром в какой-то полк и ей назначено постоянное жалованье»[204].
«Этот великий человек создан для капризов и властвования», — сказал кто-то.
Неплохое сочетание, не правда ли? В самый раз для мировых тиранов: капризничали и властвовали."
"К этим чертам Потемкина примешивалась еще одна: ошеломление. Ошеломить, ошеломить и еще раз ошеломить — стало его жизненным кредо. Чем? Да всем, но только самым лучшим. Как капризному ребенку хочется самой лучшей игрушки, так и ему подавай все наилучшее, необыкновенное, неважно — еда это или произведения искусства.
Нет в России шелковицы? Он сажает ее на Черноморском побережье. Выписывает виноград из Венеции и прививает его в России. Почувствовав вкус французской водки, стал гнать ее в России.
Изысканнейшие сервизы, картины с художниками и музыкантами в придачу — все в его Аничков, подаренный Екатериной и купленный у А. Разумовского, дворец. Эта погоня за самым лучшим и рождала различные курьезы, вошедшие в историю под видом анекдотов о Потемкине.
