И, как каждая женщина, необъективно на себя в зеркало смотрящая, считала себя абсолютно неотразимой.
И вот, прожив что-то свыше тридцати лет с одним фаворитом Лейчестером (второстепенных многочисленных заместителей мы во внимание не принимаем), вдруг на шестом десятке лет (как же история любит повторяться, ну точь-в-точь такое случилось и с нашей матушкой Екатериной Великой) безумно влюбилась в некоего 22-летнего красавчика Эссекса. И этот Эссекс, без секса с которым она уже дня прожить не могла, хотя он и немного стыдился с бабушкой-королевой на придворных балах торжественно под ручку появляться, не говоря уж о более интимных моментах, все же со своей участью смирился: а как же, подневольный ведь, подданный двора, «кто же может уйти от любви царицы», как удачно сказала Анна Вырубова, подружка закадычная нашей последней царицы Александры Федоровны! А Елизавета, пробудившаяся, по словам Екатерины Великой, «как муха после зимней спячки», для любви, закрыв свою иссохшую шею длинным крахмальным гофрированным воротничком, упрятав седые волосы под рыжий парик, набеленная и нарумяненная, опутанная бриллиантовыми нитями, сверкая своими холодными, выцветшими бледно-серыми глазами, запорхала по двору влюбленной бабочкой и все пуще и пуще в юношу влюблялась!"
"И по примеру наших щедрых цариц, посыпались на фаворита разные чины, почести и богатства.
И жить бы да жить ему в этой роскоши, но он, неблагодарный, — неймется ему, поскольку бабушка-королева ему уже изрядно осточертела, — взял и (ну как же история любит повторяться, точь-в-точь то же случилось с нашей матушкой государыней Екатериной Великой) тайно женился на любимой его сердцу.
Ну, конечно, отчаяния Елизаветы ни в сказке сказать, ни пером описать! Но хорохорится, бедняжка, по ночам плачет, а днем безразличной делается. Но фаворита не наказала, а только изрекла: «Он мог бы составить партию более достойную», — хоть так, но унизить молодую соперницу! И пришлось еще целых 12 лет бедному Эссексу по части секса на части разрываться, деля ложе между женой и королевой.
Но в конце концов нервишки, что ли, у бедного не выдержали или возроптал он от своей сексуальной неволи, только вдруг ни с того ни с сего выступает он против королевы и даже какой-то там малочисленный отряд соорудил, чтобы ее с престола свергнуть. Как бы там ни было, но нашего молодчика бросают в тюрьму и приговаривают к смертной казни.
