Лобстер для Емели

Проведя у рукомойника долгое время, я наконец сумела выйти и под укоризненными взглядами людей в очереди направилась к выходу.

– Пить надо меньше, – прошипела какая-то тетка.

– Нажрутся, а люди потом ждать должны, – добавил мужчина.

– Завидуйте молча, – встала на мою защиту девушка в мини-юбке.

Ее коротко стриженые волосы напоминали перья пестрых кур. Если кто из вас не знает про таких несушек, то объясню: они разноцветные.

– Хороша ночка получилась, – подмигнул мне парень в рваных джинсах, – отдохнула ты на славу.

Уши – огонь!

Я кивнула, пошла к машине, села за руль и глянула в зеркало.

М-да! Неудивительно, что народ, который столпился под дверью в туалет, подумал, что я восстала после бурно проведенной ночи в окружении мужиков и бутылок. Мое личико сейчас напоминает пуховую подушку, которую от всего сердца покусали пчелы и осы. Глаз не видно вообще, их закрывают щеки, которые соединились с верхними веками. Рот превратился в щель. Хороша я, хороша! И что теперь делать? Скорее всего, у меня аллергия на бензин! Почему я жила и не подозревала об этом недуге? Как пользовалась автомобилем, регулярно приезжала на заправку? Так пистолет в бак впихивает работник колонки, и до сегодняшнего дня мне не приходило в голову протирать уши бензином!

Ну и что теперь делать? Договорилась с Рыжовой о встрече в «Элефанте», отменять беседу за час до ее начала оправдано лишь в случае каких-то особых обстоятельств.

Валентина, скорее всего, уже едет в издательство. Делать нечего, придется встретиться с ней. Утешает одно – я не вхожу в десятку самых популярных авторов России, большинство сотрудников меня не узнает.

Успокоив себя таким образом, я решила поехать в аптеку, чтобы купить какое-нибудь средство от аллергии, нажала на педаль газа и увидела дэпээсника, который потребовал остановиться.

Раиса часто повторяла: «Как день начался, так он продолжится и завершится». И я не раз убеждалась, что она права. Как я провела утро? Сначала попыталась отдраить уши, затем умылась бензином и превратилась в фею красоты, а сейчас мне на дороге попался добрый молодец.

Жаль, что он не принц, не собирается сделать мне ценный подарок, не отдаст полцарства.

– Воронин Юрий Петрович, здрассти, – произнес парень в форме. – Документы, пожалуйста.

– Ничего не нарушала, – возразила я, – ехала тихо, никому не мешала. И я не Воронин Юрий Петрович.

– Я назвал вам свое имя, – объяснил дорожный полицейский. – Ваши документы. Что пили?

– Вы о чем? – не поняла я.