Бизнес и деньги брали свое, и мы все становились холодными — Райдер слишком серьезным, Дизель слишком безудержным, Гарретт слишком злым и замкнутым… — напевает Кензо.
— А ты? — подсказываю, когда он намыливает мою киску, заставляя задыхаться."
"— Слишком блуждающим. Я продолжал уходить все дальше и дальше, но ты привела меня домой, Рокси. Ты возвращаешь нас всех назад и напоминаешь нам, почему мы начали это. Любовь и семья, — шепчет Кензо, прежде чем поцеловать меня в плечо. — Никогда не переставай быть собой, даже когда ты злишься.
Ты подталкиваешь их к нечто большему, ты подвергаешь сомнению то, в чем они перестали сомневаться, и все же ты не страшишься смерти. Ты можешь играть с Дизелем, но говорить о делах с Райдером. Ты не понимаешь, какая это редкость.
Я вздыхаю.
— Я не редкость, я такая же испорченная, как и вы, ребята.
— Вот именно, — смеется он. — Ты отвечаешь на нашу испорченность по-своему. Ты такая крошечная штучка, и все же ты можешь сбить нас с ног и насолить нам. Это чертовски сексуально.
Даже когда ты говоришь нам, что ненавидишь нас.
— Я и правда ненавижу тебя, — бормочу я.
— Конечно. — Он хихикает. — Просто не зли Дизеля, хорошо?
— Подожди, — бормочу я, взвизгивая, когда пытаюсь повернуться и почти тону, поэтому сдаюсь. — А это разве не было вспышкой гнева Дизеля?
Кензо смеется, притягивая меня ближе и поддерживая.
— Нет. Ты не захочешь видеть это воочию… его гнев чертовски страшен, и я сомневаюсь, что тебе будет под силу вернуть его обратно.
Мы просто сидим в воде, и я почти засыпаю, это так расслабляет.
Кензо целует меня и сливает воду из ванной, помогая мне выбраться.
На меня разом навалилась сонливость и усталость от теплой воды, что даже не протестую, когда Кензо вытирает меня, несет в другую комнату и сажает на кровать.
Кензо намазывает меня кремом, чтобы обезболить рубцы, прежде чем поцеловать каждый по отдельности, затем притягивает в свои объятия, обнимая меня всем телом, пока его колени не сгибаются вместе с моими, и мы не сворачиваемся с ним в единый клубок.
Я так засыпаю, но, должно быть, только на короткое время, потому что, когда я просыпаюсь, я почти не чувствую себя отдохнувшей, но, по крайней мере, сейчас я могу функционировать.
— Я позволю тебе одеться. У нас для тебя сюрприз, выходи, когда будешь готова, — бормочет Кензо, целуя меня в щеку, прежде чем соскользнуть с кровати. Перевернувшись на спину, я зеваю и потягиваюсь, морщась от боли между ног и на спине.
