Дизель проскальзывает за мной на диван, подталкивая меня вперед, когда его ноги оказываются по обе стороны от меня. Его грудь все еще обнажена, а шов, проделанный мной, скрывает кусок белой марли. Он обнимает меня за талию и тянет назад, пока я не оказываюсь зажатой между его бедрами. Другой рукой Ди предлагает мне чашку дымящегося кофе."
"Беру ее из его рук, издавая стон, когда обжигаю рот, делая глоток ‒ оно того стоит. Тогда у меня урчит в животе, и он смеется, целуя меня в щеку.
— Сначала подарки, потом еда.
— Подарки? — оживляюсь я. — Это новая бита?
Гарретт смеется.
— Я же тебе говорил, — ворчит Кензо и протягивает ему немного денег, которые он кладет в карман, прежде чем подмигнуть мне. Вау, наше перемирие действительно работает.
— Нет, боюсь, никаких новых бит, дорогуша, — говорит мне Кензо, наклоняясь вперед, чтобы встретиться со мной взглядом. — Мы хотели показать тебе, что мы представляем из себя гораздо больше, чем… ну, простые гангстеры. Это все для тебя. Все, что тебе не понравится, мы можем забрать обратно, и, да, мы можем получить все, что тебе нужно.
— Он потирает затылок. — Я знаю, что мы начали… неловко, но нам важно, чтобы ты была довольна и счастлива.
Я пялюсь на пакеты и коробки на столе, которые раньше не замечала. Их так много, что они буквально усыпали весь пол. Что за…
— Когда вы вообще успели все это притащить?
— Ранее мы с Райдером пробежались по магазинам, — смеется Кензо.
Я смотрю на Райдера, который только вздыхает.
— Он заставил меня.
— Вам не обязательно покупать мне шмотки, — ворчу я. Это раздражает меня, мне нравится оплачивать выбранные мной вещи, как и самой выбирать, какой дорогой мне идти по жизни… Такое чувство, что после этого я буду им чем-то обязана.
Райдер наклоняется, не обращая внимания на то, что я заключена в объятия Дизеля, и крепко хватает меня за подбородок, заставляя посмотреть на него.
— Никаких обязательств, никаких ожиданий. Это просто что-то приятное, и я знаю, что это трудно понять, я все еще борюсь с осознанием этого, но мы сделали так, потому что нам не все равно.
Прими это, любимая.
Черт, откуда он узнал?
Потому что Райдер знает все, и он хорошо проделал свою работу, чтобы разузнать все на свете обо мне. Гребаный придурок. Он ухмыляется, как будто знает, о чем я думаю, и наклоняется, облизывая мои губы, прежде чем пропеть:
— М-м-м, кофе.
Райдер отстраняется, а я задыхаюсь и ощущаю, что уже растаяла для него. Козел. Ладно, никаких обязательств.
