Ты же знаешь, что у них мозгов побольше, чем у иного простолюдина?
— Ладно, пусть будут два года, — нехотя выдавил человек и тревожно глянул в сторону тьмы, клубящейся под деревьями. — Но тогда вы все эти годы проведёте на обучении в академии стражей и будете выполнять мои приказы.
— Ха-ха-ха! — зло рассмеялся я и метнулся к энергетическим линиям. — Ты увидел во мне собачонку, смертный⁈
— Только два года в академии, без выполнения моих приказов, — сдал назад мужчина, играя желваками.
— Договорились, — улыбнулся я, словно секунду назад и не было никакой вспышки ярости.
— А вой между тем уже совсем близко. Поторопись.
Человек поспешно кивнул и протараторил, подскочив к звезде призыва:
— Я точно знаю, что договор можно скрепить рукопожатием, проговорив все условия. И ещё надо поклясться, призвав в свидетели богов.
— Да, так и есть, — не стал я лукавить, поскольку собирался выполнить условия сделки. Я всегда так поступаю.
Бородач без проблем просунул руку сквозь энергетические линии, поскольку они реагировали только на таких, как я.
А затем он вдруг выпалил:
— Так как же вас зовут⁈
— Локки, потомок бога Локи, — честно сказал я.
Всё равно во время клятвы придётся назвать своё настоящее имя и происхождение.
— Локи⁈ — ахнул человек. — Ваш предок — бог лжи, коварства и хитрости?
— А ты думал, в сказку попал? Давай тараторь клятву, пока тебя волколаки не сожрали. Тебе уже некуда деваться: либо ты заключаешь со мной договор, либо и сам помрёшь, и внука твоего разорвут, — с напором выдал я и сунул бесплотную руку в ладонь бородача.
Тот, понимая, что припёрт к стенке, начал быстро произносить клятву.
Я вторил ему, напряжённо наблюдая за лесом. До меня уже доносился шелест листьев и лёгкий треск кустов, потревоженных мчащимися зверьми.
— … Всё! — закончил мужчина, назвавшийся во время клятвы Виктором Николаевичем из рода Громовых. — Что дальше⁈"
"— Тащи сюда своего внука, а то я не могу выйти за пределы звезды, даже если ты нарушишь её контуры, выпуская меня.
Слишком много сил я потратил, удерживаясь в этом мире. Ты оказался писец каким говорливым! Ещё немного — и меня выбросит отсюда. Поторопись, смертный!
Громов кивнул, швырнул на землю нож и помчался к фургону, припадая на левую ногу.
Вашу божественную мать! Он ещё и хромой! Но ничего-ничего… Мне он не особо-то и нужен, как и его душа. Я просто хочу получить тело паренька. Но всё может накрыться медным тазом, ежели человек не успеет.
