Нет, голову не теряла и тяжёлой формой влюблённости не страдала, сразу же выставила условие: только законный брак и у неё с дочерью отдельный счёт, на который капают проценты от прибыли. Чащин согласился, он тогда вовсю работал над тем, чтобы стать законопослушным бизнесменом и легализовать капитал. И они поженились.
И даже более-менее нормально прожили около года. Бывали у них скандалы, и несколько раз Витя прикладывал к жене руку по пьяни, но мирились и жили дальше. Элла не знает, что там произошло между матерью и отчимом в тот день, она сидела в своей комнате и делала уроки, когда услышала разгорающийся в кухне скандал.
Сначала они просто разговаривали на повышенных тонах, предъявляя что-то друг другу, а потом вдруг раздался грохот, начали падать тяжёлые предметы, биться посуда, Виктор кричал и матерился. Элла прибежала в кухню и увидела, что мама лежит на полу, а отчим колотит её ногами и кулаками. Она бросилась защитить маму, но мужик отмахнулся от девчонки как от назойливой мухи, да с такой силой, что Эллу отбросило в угол.
Она сильно ударилась головой о стену и упала на пол. Но не потеряла сознания и видела, как этот урод всё избивал и избивал её мать, которая уже не двигалась и не издавала никаких звуков. А он вдруг остановился, постоял, тяжело дыша, потом присел на корточки перед женой, проверил пульс у неё на шее и на запястье и громко выматерился. Элла испугалась и закрыла глаза, чтобы он не подумал, что она что-то видела."
"Что он там подумал, теперь уж никто не узнает, Чащин просто поднялся и вышел из кухни, на ходу отшвырнув ногой в сторону девочку, лежавшую на его пути.
Элла смогла подняться, хоть у неё сильно кружилась и болела голова, смогла выйти из квартиры и позвонить в дверь к соседям. И уже те вызвали скорую и тогда ещё милицию.
Это случилось двадцать лет назад, когда Эллочке Скворцовой было тринадцать лет.
– Ужас, – приложила ладошки к щекам от расстройства Аглая.
– М-да… – согласилась с ней Муза Павловна.
– Впрочем, по поведению этого Виктора понятно, что он редкостный моральный урод. Был. – И она вернулась к сути самой истории: – Как я понимаю, девочка решила мстить?
– Именно, – вздохнул устало Коломийцев. – Может, если бы с ней поработали хорошие психологи и родные окружили ребёнка заботой, вниманием и любовью, такая мысль не засела бы в её голове. Только, увы, ничего из этого с Эллой не случилось. А случился с ней интернат.
