И вот потом, при помощи Василия, взявшегося помогать в побеге, они и сбежали, и отправились прямиком в пансионат, оставив гостей догуливать свадьбу без них.
Заполошного, страстного секса с порога номера не получилось, хоть и очень хотелось. А потому что пришлось доставать невесту из её прекрасного кружевного платья, а жениха из его великолепного костюма.
Зато получилось нежно, неспешно, с продлёнными ласками, сносящими обоим голову…
А когда они лежали, приходя в себя после прекрасного оргазма, и смотрели в глаза друг другу, безмолвно делясь переполнявшими чувствами и эмоциями, то вдруг в какой-то момент, не сговариваясь, одновременно произнесли:
– Я хочу…
– У меня…
– Ты первый, – рассмеялась Аглая, предлагая теперь уже мужу первому сказать, что он хотел.
– Ну хорошо, – согласился Игорь. – У меня есть для тебя один особенный подарок.
– Да? – удивилась Аглая, садясь на кровати и прикрывая грудь одеялом. – Здорово. Дари.
Шагин поднялся, нашёл свой пиджак, вытащил из кармана довольно крупную ювелирную коробочку и вернулся обратно в кровать.
– Тебе что-нибудь говорит фамилия ювелира Соломахина? – спросил Шагин.
– Петра Афанасьевича? – уточнила Глаша.
– Да.
– Конечно. Ну что ты, Пётр Афанасьевич великий ювелир, гений! – с большим уважением, вдохновенно пояснила Аглая.
– Да, он крутой ювелир, – покивал Игорь и протянул жене коробочку: – Вот смотри, это его работа.
Почти трепетно Глаша взяла в руки коробочку, развязала золотистую ленточку, открыла крышку и… и забыла дышать.
Очень осторожно она достала из футляра миниатюрный золотой паровозик, состоявший из копии старинного паровоза и двух пассажирских вагончиков. Шагин придвинулся к жене и ногтем нажал на малюсенький, еле видный рычажок сбоку. И в пассажирских вагонах зажёгся свет, в котором стали видны мельчайшие детали прекрасного интерьера, копирующего дорогое убранство изысканного салона девятнадцатого века.
А крупный рубин, вставленный в навершие паровоза там, где должен находиться прожектор, засиял алым лучом преломляющегося в камне света.
– Практически копия Фаберже… – потрясённая, восхищённая, прошептала Аглая. – Нет, этот паровозик даже лучше, чем у Фаберже! – И посмотрела на мужа. – Как тебе удалось?..
– Я знаю Петра Афанасьевича по одному давнему делу и оказал ему кое-какую услугу.
