Он же вроде нормальный бизнесюк, зачем его гасить, спрашивается, когда, если всерьёз задаться целью, можно спокойно и не сильно парясь отжать у чела всё, что есть. Сейчас за бизнес не гробят, в наше время врагов-ликвидаторов нет, есть только злостные хейтеры, весёлые хакеры и налоговая.
– Значит, не только, – отметила очевидный факт Аглая.
– Так что, подробности не расскажешь? – закинул «пробный шар» парень.
– Иди ты, Антоша… – взвилась сразу же Глаша, – домой.
– Я не доел, – напомнил он, приподняв для наглядности руку с надкусанным бутербродом.
– Бери с собой и давай, – подхватила парня под локоток Аглая с очевидным намерением выдворить со своей жилплощади. – Посуду потом занесёшь, а мне это… работать надо.
И быстро, неумолимо принялась направлять гостя не сильно дорогого, подталкивать к выходу из квартиры, сунув ему в руки тарелку с бутербродом и кружку с кофе.
– Подожди! – сопротивляясь, напомнил Антон. – Ты мне так и не дала номер телефона, и мы хотели о свидании договориться.
– Да ну, Антоша, зачем нам эту «макронщину» разводить: «позвони мне, позвони»? – пожала плечами Глаша.
– Стукнешь по-соседски в дверь и пообщаемся.
– Глаша, да подожди ты! – возражал Антон против ошеломляюще стремительного выдворения.
– Не могу ждать, мне работать надо, – не уговорилась девушка, забрала у него на время тарелку с кружкой и кивком головы указала на его кроссовки, для надёжности объяснив свои действия: – Обувайся.
Спорить парень не стал, сунул ноги в кроссовки, тут же получил обратно в руки тарелку с кружкой и был направлен нежным, но неумолимым подталкиванием девичьей ручки в дверь, которую Глаша успела открыть.
– Пока, – попрощалась Аглая и захлопнула дверь перед ошарашенным лицом соседа.
– И что такого сказал?! – прокричал обиженно он из-за двери.
– Ум-м-м, как вкусно! – протянул от удовольствия Шагин, откинулся сыто-довольно на спинку кресла и пожаловался: – Как мне не хватает твоей готовки, бабуль.
– Способ баловать себя ею чаще тебе известен, – усмехнулась Муза Павловна.
– Слушай, а переезжай ко мне в Подмосковье? – озарило внезапной идеей Шагина. – Нет, ну на самом деле, там и воздух почище, и я рядом, а до Москвы всего сорок минут езды.
– Толку-то от того, что ты будешь рядом? – улыбалась тихой, мудрой улыбкой Муза Павловна. – Ничего не изменится, и видеться чаще мы не станем, при твоей-то занятости. А в Москве родители твои, Шура с Марусей и детьми, – напомнила она внуку имеющийся в их семье расклад.
