— Но мне дали строгий приказ доставить вас сюда со всей возможной поспешностью и предупредили, чтобы я не разговаривал с вами сам и следил, чтобы вы ни с кем не говорили.
Тёрло кивнул мне и вышел из комнаты. В замке повернулся ключ. Я осмотрел свою тюрьму. Много времени это не заняло: комната была три шага в длину и четыре в ширину. Через стекла маленького окошка в свинцовом переплете мощеный двор внизу представал в искаженном виде. Я различил только каменные плиты, заляпанные птичьим пометом, — неба отсюда было не видно.
Я сел за стол. На меня накатила усталость. Ничего хорошего в этой ситуации ждать не приходится. Судя по тому, как меня сюда доставили, я под подозрением. Несомненно, причина моего задержания в том, что я умолчал о пребывании Томаса Ловетта в Эльзасе. Или, может быть, тут не обошлось без Оливии Олдерли, но в таком случае я понимаю во всей этой истории еще меньше, чем мне казалось.
Часы тянулись медленно. За окном темнело. Раз или два я вставал из-за стола, чтобы подбросить углей в камин.
О своем пустом желудке я старался не думать. Время от времени из-за двери доносились шаги, а один раз какой-то мужчина принялся громко бранить слугу. К этому времени единственным источником света в комнате было красноватое сияние угасающего огня. Я сидел за столом, уронив голову на руки и погрузившись в сумрачное состояние между бодрствованием и сном. Из него меня вывел звук поворачивающейся дверной ручки.
В замке скрипнул ключ.
— Марвуд? — Дверной проем заполнила фигура Чиффинча. Из-за его спины внутрь лился свет.
— Почему вы, черт возьми, сидите в темноте?
Повернувшись, Чиффинч позвал невидимого слугу и велел тому принести свечи. Я встал, моргая от яркого света. Онемевшие руки и ноги плохо меня слушались, однако я постарался отвесить как можно более почтительный поклон.
— Долго вы здесь просидели? — спросил Чиффинч."
"— Не знаю, сэр. — Мои мысли были тягучими, как густая каша. Подобрать нужные слова оказалось непростой задачей. — Сюда меня привезли около полудня или, может быть, в час дня.
Чиффинч пожал плечами:
— Эти олухи должны были принести вам еду и свечи.
— Зачем меня сюда доставили? — спросил я.
Сил на хорошие манеры не осталось, хоть я и знал: жаловаться на то, что меня заставили ждать, нельзя.
— Затем, что я вас вызвал, разве не понятно?
Во взгляде Чиффинча мелькнуло недовольство.
— Но, сэр, за мной прислали солдат…
— Я распорядился, чтобы вас доставили незамедлительно.
Чиффинч отошел в сторону, пропуская внутрь слугу.
