Если бы не слуга, толкнувший ее возле лотка с устрицами, Кэт, может быть, и не пришла бы сюда. Но девушка была уверена, что проблеск узнавания во взгляде этого мужчины ей не померещился, к тому же Кэт узнала его голос. Этот случай заставил ее понять, насколько она уязвима, даже в новом обличье. Если слуга расскажет Эдварду, если кузен узнает, что Кэт скрывается в Лондоне, переодевшись служанкой…
Кэт прошла дальше, и тропинка привела ее к чахлой рощице. Укрывшись среди деревьев, девушка села на землю под тисом.
Положив нож рядом с собой, Кэт завернулась в серый плащ и стала ждать.
Солнце поднялось выше. Издали донесся стук копыт и позвякивание сбруи.
Звуки приближались. На дорожке за воротами мелькнула одна шляпа с пером, потом вторая. И вот показались два всадника. Даже издали видно, что оба джентльмены, — об этом говорили и парики под шляпами, и модный фасон плащей. Тот, что повыше, ехал впереди на черной лошади. Полы плаща откинуты за спину, на груди перевязь.
Невидимая собака низко, утробно гавкнула, за ней вторая, третья, четвертая.
Эти голоса Кэт узнала бы из тысячи. Огромные мастифы из Барнабас-плейс все в сборе: Гром, Лев, Жадина и Голозадый. Поводки наверняка держит слуга. Когда Эдвард брал мастифов на верховую прогулку, он никогда не приказывал надеть на собак намордники: кузену нравилось показывать свою власть над мощными зверями.
Но кто же второй всадник? Кэт рассчитывала, что Эдвард будет один.
Вот джентльмены подъехали ближе, и Кэт представилась возможность разглядеть их лица.
Слугу и псов пока было не видно.
На лице Эдварда чернело какое-то пятно. Хотя нет, это не пятно, а повязка на глазу. Кэт оставила на нем свой след, точно так же как он оставил свой след на ней.
Девушку била дрожь — от страха или от ярости, она не знала сама."
"За кузеном ехал сэр Дензил Кроутон, восседавший на бурой кобыле, будто тучная куропатка. Неужели Олдерли думают, что помолвка по-прежнему в силе? В последнее время Кэт почти не вспоминала о своем «женихе».
В ее голове вихрем проносились все эти мысли, а от ворот послышались мужские голоса и тоненький смех сэра Дензила, больше напоминавший хихиканье. Стоило Кэт представить, что ее выдадут за это чучело, как страх нахлынул с новой силой.
В этот момент решимость ей изменила. Кэт пришла сюда в надежде, что Господь приведет кузена прямо к ней, чтобы она завершила дело, которое не довела до конца тогда, в Барнабас-плейс.
