Во дворе находились конюшня и навес для повозки, дальше располагались огород и свинарник, а за ними — фруктовый сад. Облетевшие деревья стояли голые, ожидая прихода зимы.
Уже к вечеру сильно похолодало. Ночью наверняка ляжет иней. Рубашки, ночные сорочки и чулки совсем не высохли — когда Кэт со старшей дочерью Дэйви развешивали их на веревке, они были почти такими же мокрыми. А теперь вещи вдобавок затвердели на холоде.
Складывая белье в корзину, Кэт поглядывала по сторонам. В дальнем конце фруктового сада высилась стена, сверху утыканная осколками стекла.
В ней Кэт заметила дверь, запертую изнутри на тяжелый засов и две задвижки.
Сняв все белье, Кэт оставила корзину под деревом и приблизилась к двери. Металл задвижек на ощупь казался ледяным, и поддавались они плохо. И все же Кэт убедилась, что ей по силам сдвинуть щеколды с места. Да и поднять засов она тоже в состоянии. Взяв корзину, Кэт вернулась на кухню.
— Развесь белье у огня, пусть сушится, — велела госпожа Дэйви. — Да не там, глупая ты девица.
С другой стороны. — Тут хозяйка склонила голову набок. — Никак телега подъезжает? Прежде чем займешься бельем, скажи мальчишке, чтобы отпер ворота.
Господин Дэйви приехал на телеге один. Без Томаса Ловетта жизнь этой семьи стала еще скромнее. Ужинали на кухне. Кэт и дети ели овощную похлебку с пшеничным хлебом, а господин и госпожа Дэйви — рагу из голубиного мяса с каштанами. Всем, кроме супругов, разговаривать за столом не разрешалось.
Потом Кэт вместе с детьми убрала со стола, потушила огонь и привела кухню в порядок.
Затем снова молились, и наконец пришло время ложиться спать. Чета Дэйви занимала спальню над гостиной. А Кэт с этого дня предстояло делить вторую комнату с их отпрысками.
Последними на второй этаж поднимались Кэт и господин Дэйви. Взбираясь по ступенькам, она услышала внизу какой-то звук и обернулась. Хозяин стоял у подножия лестницы, высоко подняв свечу и глядя на девушку. Свет падал на его запрокинутую голову.
На секунду выражение лица господина Дэйви показалось Кэт до ужаса знакомым.
Точно так же больше двух месяцев назад кузен Эдвард смотрел на нее в гостиной Барнабас-плейс, когда в честь визита сэра Дензила Кроутона ее против воли разодели в пух и прах.
«Боже правый! — пронеслось в голове у Кэт. — Только этого не хватало». Достав из кармана нож, девушка положила его под подушку и всю ночь почти не смыкала глаз.
Господин Дэйви дождался следующего дня — среды. Домой он вернулся к обеду.
