— Вы можете за него поручиться?
— Ни за кого нельзя ручаться, — фыркнул Хэксби. — Но Джон очень… привязан к этой девушке. Полагаю, если доходчиво объяснить ему ситуацию, парень будет помалкивать. Ради нее.
— А как быть со сторожами? — спросил я.
— Госпожа Ловетт утверждает, что, когда они с Джоном заходили в ворота, ее они не видели. А когда мы уходили сегодня вечером, вы накрыли ее своим плащом. Как бы то ни было, во дворе Дома конвокаций такое плохое освещение, что дальше чем на фут от сторожки не видно ни зги.
— Хорошо. С тех пор как на прошлой неделе отец забрал госпожу Ловетт из кофейни, больше ее никто не видел, а те, кто видел, не захотят об этом рассказывать. Пусть госпожу Ловетт считают пропавшей, пока все не уладится, пожалуй, так будет лучше для всех.
Хэксби кивнул:
— Если она не станет возражать. А потом, когда ситуация прояснится, решим, как лучше распорядиться судьбой госпожи Ловетт.
— Мне кажется, решать будет она, сэр, — возразил я. — Конечно, я с ней мало знаком, однако у меня сложилось именно такое впечатление.
Мы разговаривали, пока на задних дворах Лондона не проснулись первые петухи. Тогда мы сошли вниз. Когда Хэксби отпирал входную дверь, по лестнице тихонько спустилась служанка и уставилась на нас во все глаза.
— Что вы стоите и таращитесь, Марджери? — рассердился Хэксби. — Разведите-ка огонь в кухонном очаге да поскорее вскипятите воду. Я продрог до костей, и, чтобы согреться, мне нужно выпить вина с яйцами и сахаром.
Когда служанка ушла, Хэксби вполголоса спросил:
— Как мне вас найти?
— Я снимаю комнаты у печатника Ньюкомба в Савое, сэр.
Но туда не приходите. Лучше отправьте записку.
Протянув мне фонарь, чертежник выпустил меня из дома.
— Всего вам наилучшего, — прошептал он.
Во дворе «Трех петухов» царила кромешная тьма. До рассвета было еще далеко. К тому же стоял пронизывающий холод. За прошедшие несколько часов я выпил немало вина, но пьяным себя не чувствовал. Однако я ощущал тянущую пустоту внутри. Может быть, причина в голоде, но больше похоже на страх.
По темному переулку я почти наугад добрался до Стрэнда. Там кое-где горели огни, а несколько ранних повозок везли в город продукты. Я зашагал в сторону Савоя. В такой час и двери и окна в доме Ньюкомбов были закрыты. Однако кухонная дверь оказалась не заперта. Сегодня четверг, и Маргарет пришла пораньше, чтобы помочь служанке со стиркой и вымыть пол в судомойне.
Ставни на окнах кухни были открыты, из труб шел дым. Я постучал в дверь черного хода.
