— Как прикажете, — ответил тому Гюнтер и дёрнул поводья своего кабана, — Кавалерия — в бой!
И по холму грянул топот сотен кабанов.
Спарта присоединилась к битве за Милан. И как раз вовремя!
Глава 4
— Спарта идёт!
— Колья к бою!
— Копейщики, быстрее! Выньте руки из жопы и встаньте в линию!
— Алебарды! Двигай ногами!
Они видели несущуюся на них волну.
Каждый из вавилонцев сейчас внутренне содрогался от ужаса при виде кабаньих всадников.
Казалось, им нет конца и края. Весь холм оказался накрыт облаком пыли от копыт этих монструозных созданий.
В первых рядах на Вавилон неслась тяжёлая кавалерия Гюнтера. Сильнейшая группа всадников во всей Спарте, а также во всём Союзе Городов.
От одного вида кабанов, закованных в броню, от грозных наездников, длинных кавалерийских пик, фанатики дрогнули.
Однако во главе армии Вавилона всё ещё стояли бывшие гвардейцы из «Чёрной Стражи». Им хватило опыта и влияния, чтобы криками, а порой и ударами удержать строй подчинённых.
После прихода Стервятника к власти было набрано просто умопомрачительное число солдат.
Да, это позволило восстановить численность военных в городе, но серьёзно снизило общий уровень подготовки.
Хотя выбора у Вавилона и так не было. И всё, на что оставалось бывшим гвардейцам надеяться, так это на то, что их армию не сомнут в первые же минуты боя.
Им нужно пережить лишь первый удар. Самый разрушительный, самый страшный.
Но, выдержав это испытание, Вавилон сможет потягаться со Спартой в этой войне.
Если же нет… то всё будет кончено.
"
"— Дави гадов! — воскликнул Гюнтер, вскинув знамя Спарты.
Его поддержал боевой клич гвардейцев.
— Копья в землю! — рычали фанатики.
А следом волна кабанов налетела на нестройный частокол из копий и алебард.
Некоторые кабаны въезжали рылом в землю, скидывая своих всадников куда-то в толпу фанатиков. Часть просто перелетела стену копий, врываясь бивнями в ряды игроков, остальные тараном проламывали этот заслон.
Звучали крики, болезненные вопли, мольбы, которые, впрочем, заглушали оглушительный топот и рёв животных.
Пахло потом, гарью, шерстью взмыленных до предела животных и, естественно, кровью.
Вслед за первой волной всадников последовала и вторая. Которая ещё больше усугубила положение вавилонцев, что просто не успевали отвести игроков со стен Милана, а также двинуть големов против более грозных спартанцев.
Вавилон нёс потери. Стремительно, неумолимо, с каждым вздохом.
И хаос распространялся всё дальше.
