Как я это вообще провернул?
Ах-ха-ха-ха, это оказалось проще некуда!
Мне всего-то потребовалось отыскать через Патрона и притащить ко мне «на ковер» нескольких представителей торговых домов и поставить их перед выбором.
Золото или сталь.
Либо продовольствие по честным ценам мирного времени, либо мы ещё раз сплаваем на острова и заберём всё сами.
Константинополь серьёзно подставился, когда его дельцы попытались урвать выгоду в момент моего восшествия как Конунга Винланда.
Островной союз это прекрасно осознавал.
Они прекрасно понимали, что после Афин следующей целью могли оказаться они сами.
А потому было неудивительно, какой выбор совершили торгаши.
Теперь в гавань Афин прибывают десятки торговых судов, забитые орехами, всевозможными фруктами, по типу бананов, манго и мандаринов.
Оказывается, островной союз очень даже богат на всякие деликатесы!
— Полагаю, ты закончишь здесь уже без меня, — киваю я Грифу, двинувшись дальше по улице.
Афины активно отстаиваются. Практически весь остров теперь укутан в строительные леса.
Повсюду снуют викинги, шагая вальяжно, вразвалочку. Кажется, парням даже нравится то, как на них теперь смотрят местные.
Не как на дикарей и варваров, а как на настоящих миротворцев.
Остров словно заново рождается с низложением Гарпии.
И это хорошо. И это правильно.
Можно теперь с уверенностью заявить, что в ближайшее время за судьбу Афин можно не беспокоиться.
А это значит и то, что я наконец-то могу двинуться дальше.
Спарта и Союз нуждаются во мне. А ещё они нуждаются в паре сотен готовых на всё воинов, которых хлебом и элем не корми, дай кому-нибудь проломить череп.
— Скольд, — спрашиваю я. — Твои ребята готовы?
Мужчина, который с первого дня ходит за мной безмолвной тенью, кивает. Его усы вздрагивают от предвкушения, точно живые.
— Тогда дай команду. Завтра мы отплываем.
* * *Утёс находился в осаде долгие недели. Первая, вторая, пошла третья…
А крепость всё ещё стояла.
От её стен остались одни лишь руины.
Столбы дыма тянулись в небосвод. Но стяг Спарты так и не думал спускаться с ратуши.
После падения надвратной башни и части стен афиняне ворвались в полис.
Чего они не ожидали от «продажного» полиса, так это такого упорного сопротивления. Ведь раньше он переходил из рук в руки, как чарка на пиру. Но с новыми правителями эта твердыня поистине стала неприступной.
Бои сразу же перетекли на узкие улочки и многочисленные перекрёстки.
