И что-то я сомневаюсь, что преступники стали возиться с тем, чтобы раздеть Нэйта, показать его бабусе-зеленщице и снова нарядить в платье.
Следователь кивнул. Кларисса открыла блокнот, освежив в памяти содержание беседы с господином и госпожой Лайн, и принялась рассказывать. Часть про драконий отбор она пересказала очень кратко, считая, что это внутренние дела Розенгарда, информацию про оборот у леди тоже решила пока придержать, а вот то, что касалось Древохвата, они обсудили во всех подробностях.
Господин Трейн, в свою очередь, поделился тем, что успел выявить еще одного пропавшего сердцееда — молодого лорда Гласса.
Поиск по общей базе ничего не дал, но приятель из Восточного отделения заметил интерес следователя к подобным делам и рассказал, что четыре дня назад лорд Гласс таинственно исчез прямо с романтического свидания, проходившего в гостинице с сомнительной репутацией.
— Вроде нашей? — заметила Мелли, накручивая на палец прядь волос и недовольно ее рассматривая.
— С чего бы, леди? — удивился господин Трейн.
— Ну, не знаю. Какая репутация должна быть у гостиницы, которая расположена между коньячным и винным заводом?..
Кларисса фыркнула, перелистала блокнот в поисках заметки насчет пропитанной огнеупорным составом двери и дорисовала туда дракона в фате. Такая предусмотрительность вполне объяснялась тем, что девушки Истинной земли оборачиваются в драконов без зелья.
— Возлюбленная лорда Гласса… кстати, я предлагаю навестить ее завтра… обнаружила пропажу сразу, как вышла из ванны…
— И это мне еще говорят, что я долго моюсь, — пробормотала Мелли.
— Леди, может, и не заподозрила бы неладное, если бы не вспомнила, что из номера доносились странные звуки!
— Насколько странные? — уточнила Кларисса.
— В материалах, с которым мне удалось ознакомиться, указано «звуки удара и нецензурная брань». Сначала леди подумала, что любовник что-то уронил. А потом вышла и обнаружила беспорядок в номере и неизвестный парализующий артефакт под кроватью. Пропавшего дракона до сих пор не нашли.
Господин Трейн посмотрел на скептическую усмешку Клариссы и добавил, что несостоявшаяся любовница лорда Гласса не разбирается в артефактах, так что для нее он был «неизвестным». То, что артефакт «парализующий», установил специалист из следственной группы.
К сожалению, на этом полезная информация заканчивалась. Может, в материалах дела было что-то еще, но господин Трейн не имел к ним доступа и знал все только со слов приятеля-сыщика.
