Впрочем, он отпустил ее руку быстрее, чем Кларисса успела ощутить неловкость.
Пожалуй, потом она даже вспоминала это, когда ругалась с мерзким распорядителем отбора и высказывала королю Истинной земли драконов претензии насчет некачественных артефактов, «которые чуть не поубивали половину розенгардской делегации!» — просто чтобы подумать о чем-то более приятном, чем артефактная чаша и скользкая физиономия лорда Гарденвуда.
Приятном — и все еще неуловимо странном.
Кларисса пропускала мимо ушей витиеватые извинения короля Истинной земли драконов и вспоминала, как Магарыч берет ее руки в свои.
Как подносит к губам. Как отпускает, едва обозначив поцелуй, и на коже Клариссы остается лишь тепло дыхания. И как смотрит.
И как потом у нее за спиной шепчет Грайси:
— Магарыч, а ты вообще уверен, что подействовала чаша, а не Аринский кристалл? Что-то я смотрю на тебя и сомневаюсь.
— Я сам сомневаюсь."
"Кларисса прижала руки к вискам и остановилась, пытаясь справиться с головокружением. Она чувствовала себя плотиной над горным озером, и шлюзы, закрытые из-за чаши, вот-вот должны были открыться — и вернувшаяся память смоет все на своем пути.
Глава 17
— Куда вы собрались, леди Кларисса? Вы что, таки решили залезть на дуб и снять оттуда лорда Гарденвуда?..
Услышав резкий голос лорда Грайси, дознавательница вздрогнула. Головокружение прошло. Кажется, она была в полном порядке.
Кларисса сощурилась, осматриваясь так, словно в первый раз. Мощная крепостная стена из того же желто-песочного камня, что и замок, проходила метрах в десяти, отсекая половину лужайки и спускаясь по краю холма к далекому морю.
Вторая половина лужайки заканчивалась живой изгородью.
Возле крепостной стены живописно валилась груда мусора: разломанные и частично обгоревшие доски, покрытые копотью камни и какие-то железки. С определенной долей фантазии из этого добра можно было снова собрать какой-нибудь сарай для приема высоких гостей — вроде претендующих на участие в королевском отборе крылатых лордов и леди. Впрочем, без крошечной деревянной караулки, которая стояла на месте воображаемого сарая до взрыва, песочно-желтая стена выглядела симпатичнее.
Лорд Магарыч — в грязном плаще поверх камзола, взлохмаченный и покрытый желто-серой пылью — рассматривал развалины с таким видом, будто планировал снова собрать из них караулку. По левую руку от него стояла Мелинда: она отвернулась от «специалиста по замкам», и, хихикая, переглядывалась с исцарапанным, уставшим, но все еще ехидным лордом Грайси.
