Вероятно, под ней нет ничего, кроме кожи, но носить вязаные шапочки в такой жаре? По меньшей мере странно.
– Сдох, – сказал Хоуи Эверетт.
– Объявляю масть, – откликнулся Дэнни О’Брайен.
Парсонс и Аделл последовали его примеру. Но Кембри едва их слышал. Перед глазами вдруг встала женщина с ребенком на руках. Пока она пыталась перебежать занесенный снегом выгул, солдаты поливали ее напалмом. Кембри в ужасе поежился, посчитав, что картина вызвана его нечистой совестью.
– Джин! – окликнул Эл Колмен. – Собираешься объявлять или…
– Что это? – нахмурился Хоуи.
– Ты о чем? – спросил Тед Трезевски."
"– Прислушайся и поймешь, – сказал Хоуи. Тупой полячишка, отдалось в голове Кембри, но тот не придал оскорблению особого значения. Скандирующие голоса с каждой минутой становились громче, заглушая ветер, быстро набирая силу и мощь.
– Сейчас! Сейчас! Сейчас! Сейчас! СЕЙЧАС!
Крики доносились из коровника, прямо за их спинами.
– Какого дьявола… – протянул Аделл, задумчиво уставясь на складной стол, заваленный разбросанными картами, пепельницами, фишками и деньгами.
Джин Кембри неожиданно понял, что под дурацкой шерстяной шапочкой и в самом деле нет ничего, кроме лысины. Номинально Аделл командовал их группой, на деле же ни черта не соображал. Не видел вздымающихся кулаков, не слышал сильного мысленного голоса, солировавшего в хоре.
Кембри заметил тревогу на лицах Парсонса, Эверетта, Колмена. Они тоже все видели. Мгновенное понимание объединило их, тогда как здоровые только недоуменно переглядывались.
– Говнюки сейчас пойдут на штурм, – сказал Кембри.
– Не дури, Джин, – отмахнулся Джордж Аделл. – Они понятия не имеют, что их ждет. Кроме того, это штафирки. Так, пар выпу…
Но конец предложения заглушило единственное слово – СЕЙЧАС, – циркулярной пилой прорезавшее мозг Кембри. Рей Парсонс и Эл Колмен поморщились. Хоуи Эверетт взвыл от боли, сжав ладонями виски. Судорожно вскинутые колени стукнулись о столешницу. Карты, фишки и деньги разлетелись во все стороны. Долларовая банкнота приземлилась на печке и начала тлеть.
– А, мать твою, взгляни, что ты… – начал Тед.
– Они идут, – сказал Кембри. – Сейчас они возьмутся за нас.
Парсонс, Эверетт и Колмен бросились к карабинам М-4, прислоненным к стене около вешалки старика Госслина. Остальные, оцепенев от неожиданности, удивленно смотрели на них… но тут раздался грохот дверей коровника, затрещавших под напором толпы. Снаружи двери были заперты на огромные стальные армейские засовы, которые пока еще держались.
