Ловелас в законе

— Есть один человек. Очень богатый. Деньги он хранит дома.

Не хотел Никита об этом говорить, но все-таки дернул его черт за язык.

— Подружка его говорила, что любовник ее живет как на пороховой бочке. Потому что деньги вроде как дома держит.

— То есть напрямую не утверждала?

— Возможно, я не так ее понял.

Никита только рад был повернуть назад. Очень хорошо, если Стас ему не верит.

— Ты с этой подружкой крутил? — спросил тот.

— Мы же с ней за порох не так просто заговорили.

— А любовник у нее реально есть?

— Саша зовут. Он и квартиру ей купил, и машину. На меня наехал, — Никита усмехнулся, вспомнив, как щелкнул по носу этого чудака.

— Не знаю. Но костюмчик дорогой.

— Значит, чиновник среднего звена. В Москве?

— А может, и верхнего. Надо разбираться.

— А если я не так понял?

— Это ты для подстраховки говоришь? Мол, если ничего нет, то я предупреждал, да?

— А если реально ничего нет?

— Или ты заднюю включил?.. Никитос, я же видел, как ты махался.

Пощади мое к тебе уважение, не убивай его.

— Я не уверен, но все возможно.

— Как выйти на этого черта, ты знаешь?

— Я знаю, где живет Вероника.

— Поговори с ней, узнай, что да как.

— Никитос, будь мужиком!

— В том-то и дело, что я мужик, а не какая-то там Мата Хари. Если ты хочешь разобраться, то наберись терпения. А Сашу этого мы тупо выследим. Он от Вероники, а мы за ним.

Никита развел руками. Тут уж нужно выбирать. А он уже определился.

Если Тамбов, то он в деле, если банк, то без него. Хотя ему и не хотелось ввязываться в эту авантюру.

Прическа у Вероники свежая, платье стильное, новое, босоножки на шпильке. Даже из машины было слышно, как стучат каблучки. Мужчина, шедший за ней, ускорил шаг, опередил ее, открыл дверь. Она мило улыбнулась в знак благодарности и скрылась в подъезде.

— Ничего себе девочка, — проводив ее взглядом, пробурчал Стас.

Вероника определенно произвела на него немалое впечатление.

Да и Никита с удовольствием вспомнил о прошлом. Но сейчас он больше думал о настоящем. Они не взяли Дашу с собой, оставили ее на рязанской даче. Но там Каплик. Вдруг он уже наводит к ней мосты? Никита ревновал и уже не боялся себе в этом признаваться.

— Ты ее трахал? — завистливо спросил Трэш.

— Трахаешь ты. Поэтому бабы тебе и не дают, — заявил Никита. — Нежнее нужно быть, и тогда они сами к тебе потянутся.