Ловушка для дураков

— У-у-у… а-а-а… ы-ы… — раздалось в ночи протяжное животное мычание.

Элка замерла и обезумевшими, широко открытыми глазами вглядывалась в темноту. Что это? Выходит, она еще не проснулась… С трудом сообразила, что лежит в собственной постели и рядом с ней никого нет.

Звук повторился, к нему прибавились другие. Донесся визгливый скрип рассохшейся мебели и равномерное глухое буханье: ух-ух-ух-ха! в убыстряющемся темпе колотилось рядом что-то тяжелое.

Вдруг завопили достаточно громко:

— Скоты! — Она грязно выругалась, сообразив, наконец, в чем дело.

Этажом выше, прямо над ней, жила толстая баба мерзкого характера и с большими претензиями. Она была молодая, но веса в свои годы набрала достаточно и выглядела на добрый десяток лет старше своего возраста. Никто в доме толком не знал, замужем эта красавица или нет. Сама она темнила, плетя невесть что. Какой-то мужик время от времени к ней заглядывал, и тогда дамочка страстными воплями будоражила всех вокруг. Жильцы расположенных рядом квартир были в курсе ее сексуальных утех.

Толстую телку это нимало не смущало, она даже гордилась этим, выставляя напоказ свою полноценную личную жизнь. «Идиот мужик, брезгливо морщилась Элка, — думает, чем громче эта телка орет, тем круче. Нашел секс-бомбу! Подыгрывает ему, кретину, африканскую страсть изображает. Развалила перед ним свое хозяйство, а он и рад стараться. Это сколько же раз за ночь он ее отодрал?» — прислушивалась Элка к крикам. Однажды на верхнем этаже что-то рухнуло среди ночи, видно, мебелишка была не приспособлена для такой активной сексуальной жизни, и страстные мычания на какое-то время прекратились, но вскоре возобновились вновь.

Раньше Элка просто потешалась над этим, теперь не могла слышать криков и стонов. Она зажала уши руками и нырнула головой под подушку.

Сны мучили ее несколько ночей подряд. Она боялась, что сойдет с ума. Днем наступало некоторое облегчение.

Надо идти к психотерапевту, решила Элка, так недолго и в психушку загреметь.

О Яковлеве, который ей все это устроил, она старалась не думать, чтобы окончательно не свихнуться. У нее не осталось сил для злости и ярости, она боялась.

А вдруг они ее чем-то заразили? От этих мыслей мутилось сознание.

Сейчас она сидела в кресле и бездумно смотрела на светящийся экран. Работающий телевизор воспринимался как яркое немое пятно. Включала, чтобы не оставаться одной.

Вдруг она заметила на экране что-то знакомое и невольно подалась вперед.