Ловушка для дураков

Тихон, о котором забыли, до сих пор беззвучно сидевший у Валерии на коленях, утробно мяукнул, — видно, его тоже прижали, — и, выпустив когти, сиганул на Андрея. Тот заорал от боли, Тишкина лапа располосовала ему шеку.

— У-у, тварь, — сплюнул он, отшвырнув от себя Валерию с котом. Не зря терпеть не мог кошачье отродье.

— Ну и гадина же ты… — прохрипела Валерия, снова запахиваясь в халат.

Вид у нее был растерзанный, а тело сотрясала нервная дрожь. Чтобы успокоится, она стала гладить взъерошенного, сжавшегося в комочек Тишку:

— Умница моя, защитничек.

Молодец, всю морду этому подонку разодрал.

Она подняла голову и взглянула на Андрея:

— А ведь я сейчас почти пожалела тебя. Простила все те гадости, что мне сделал. Поверила, что ты способен измениться. Нет, не для меня, — покачала она головой, заметив ухмылку на лице Андрея. — Для меня ты — пустое место. Я говорю о дочери. Не рассказывала ей, как ты нас бросил подыхать. Думала сейчас, если пришел, значит, проснулись отцовские чувства, и я не имею права запрещать тебе встречаться с Дашкой.

Какой-никакой, отец все-таки. — Она внимательно посмотрела ему в глаза. — Тебе не нужна дочь, как раньше не была нужна я. Ты не изменился, такие, как ты, не меняются никогда. Теперь я сделаю все, чтобы ты близко не подходил к ребенку. Хватит того, что едва не искалечил мою жизнь. Ты понял? Я не шучу. Ты разозлил меня.

Неожиданно в дверь позвонили.

Дашка! Мелькнуло в голове.

— Даша! — заорала Валерия в голос и, опустив Тишку на пол, бросилась в прихожую.

Андрея перекосило. Он с ненавистью уставился на кота, который, как верный сторожевой пес, уселся в углу гостиной и, не сводя желтых глаз с Андрея, выразительно стучал хвостом по полу. Уходить он не собирался.

У Валерии продолжали дрожать руки, когда она отпирала дверь.

На пороге стоял водитель Беглова Николай.

— Артем Семенович просил вам передать…

В одной руке Николай держал шикарный букет бордовых полураскрывшихся роз на длинных ножках, а в другой — фирменный объемистый пакет, наполненный всякой всячиной.

— А это что? — Лера успела прийти в себя и вопросительно смотрела на пакет.

— Это… — Николай смешался. — Всякое-разное, по поручению и в порядке шефства доставил, в том числе корм для кота.

Губы Валерии помимо воли растянулись в улыбке:

— Ну если для кота, это святое. Проходите, пожалуйста, опомнилась она, пропуская водителя вперед.