Ловушка для артефактора

Сперва считали, что мальчика похитили ради выкупа, а когда требований не поступило, семья предложила огромную награду за любую информацию о его местоположении.

— Под моей семьей ты подразумеваешь Сафизмунда лаНерто? — с издевательским смешком уточнил Ноэль. — Ну, конечно, он меня искал. Ведь пока родовой реестр определяет наследника рода как живого, он не может распоряжаться нашим имуществом. Хватит с него и того, что в шахты руки запустил. И то, что мою мать, вдову своего лучшего друга, окольцевал.

— Ноэль, — участливо, как к маленькому ребенку, обратилась к нему девушка. — Было расследование, и твой отчим не имеет отношения к обвалу шахты. Что бы ты там в детстве ни увидел, тебе показалось.

— Четыре покушения за два года мне тоже показались? — фыркнул он. — Боюсь, не исчезни я из дома, на пятый раз он меня бы прикончил. А расследование липовое, я уверен.

— Вот подонок! — зло выплюнул Янис, пнув мыском сапога ближайший кусок щебня. Тот с гулким стуком улетел в кусты.

— Мне повезло, что не все купились на его лживые улыбки, помог конкурент отца. Несмотря ни на что, я за все свое детство ни разу не слышал, чтобы родитель плохо о нем отзывался. Наоборот, говорил, что такие конкуренты помогают расти, развиваться. Поступил в академию уже под его фамилией, тяжело было привыкнуть к новой жизни, но ничего, справился.

— А как здесь оказался? — поинтересовался Натан.

— Да не планировал я сюда, но перед самым выпуском заметил слежку. Да и парни с курса сказали, что в последнее время мной настойчиво интересовались какие-то мутные личности.

Раскрыли, короче. Я матери письма писал, видимо, как-то вычислили. Вот и напросился на практику в серые земли, тут меня достать проблематично. А если уж умирать, то я выбираю смерть из-за тварей, чем от руки отчима.

В этом я была с ним солидарна. Но меня интересовал еще один вопрос:

— Неужели твоя мать ни о чем не догадывается?

Ноэль помрачнел. Какое-то время он молчал, глядя себе под ноги, а затем ответил:

— В те годы она была слишком разбита после смерти отца, чтобы это замечать… Тот случай в шахте подкосил ее, и она ухватилась за того, кто был рядом, как за спасательный круг.

Для нее он лучший друг мужа. Тот, кто поддержал в трудную минуту. Она просто не может разглядеть в нем чудовище… Я по детской наивности пытался до неё достучаться, но мне потом объяснили, что, если у меня это получится, жить ей останется недолго.