"
"– Впервые в жизни мне не терпится скорее пойти на работу, – сказала она, когда они вышли из здания на солнечный свет. – Я не хочу снова попадать в больницу, и я больше никогда не сяду за руль машины, если что-то не в порядке.
По пути домой они болтали о всякой всячине. Если не считать случайно оброненного замечания, Дженни уводила разговор в сторону от Рики, и Грейси проявляла выдержку.
Женщина с ребенком, занимавшая квартиру Дженни, съехала две недели тому назад, и Грейси произвела тщательную уборку перед возвращением сестры.
Она считала, что квартира останется в своем первозданном состоянии не больше дня, а затем все пойдет кверху дном из-за присущей Дженни неряшливости.
Грейси с нежностью смотрела на сестру. Дженни, казалось, взрослеет не по дням, а по часам. В голове не укладывается! Она не могла найти объяснение, но от этого впечатление не ослабевало. Не более года назад на нее обрушился бы град упреков. Дескать, как это неудобно, когда старшая сестра постоянно торчит рядом, убирается за нее, потому что она пока еще не совсем хорошо ходит, следит как наседка за каждым ее шагом.
Пока что – как бы не сглазить! – Дженни с непривычным для нее спокойствием воспринимала тот факт, что их разделяет только один этаж.
– Ты без меня управишься сегодня вечером? – спросила Грейси, собираясь уходить.
– Да-с, – ответила Дженни, улыбаясь, – не беспокойся, со мной будет все в порядке, Я ведь знаю, что ты рядом, – наверху. Я всегда могу позвонить тебе, если что-нибудь потребуется. Но этого не будет!
Грейси одобрительно кивнула головой.
– А Рики завтра утром придет?
– М-м-м. – промычала Дженни, отводя глаза в сторону.
Грейси снова начала нервничать. Ее мысли опять вернулись к поездке на Лонг-Айленд, которая сама по себе не сулит ничего приятного, а там ей еще предстоит провести уик-энд в доме Моргана. Она не заметила ничего странного в поведении Дженни.
– Я зайду на тебя посмотреть, когда вернусь, – сказала она рассеянно, наклоняясь и целуя Дженни в кончик носа.
Поездка на Лонг-Айленд оказалась гораздо более приятной, чем ожидала Грейси.
Привыкнув к правостороннему движению, она откинулась назад и, не включая кондиционер, открыла окошко, предпочитая, чтобы ее лицо обдувал теплый ветер.
Манхэттен заряжал энергией, но, когда он остался позади, произошла приятная смена обстановки – высокие здания и толпы народа на улицах постепенно уступили место более открытой местности. Возникало ощущение, что ненадолго расстаешься со старым другом.
