Грейси посмотрела на него растерянно, с удивлением, затем включился ее инстинкт самосохранения, и она спокойно сказала:
– Боюсь, что не смогу пойти. У меня сегодня свидание.
– Отмените его.
Его высокая фигура возвышалась над ней, и она почувствовала, как начинает покидать ее воля. Она напомнила себе, что несколько часов подряд укрепляла свою решимость, стараясь замуровать свои чувства под крепким внешним слоем разума, чтобы оградить себя от его влияния. Она послушала этот внутренний голос логики и сказала:
– Хорошо.
Ей захотелось лягнуть себя. Зачем она согласилась встретиться с ним после работы? Неужели она не извлекла никаких уроков из опыта, приобретенного в его доме? Она видела его с Алике у бассейна в объятиях друг друга. Разве этого недостаточно, чтобы держаться от него подальше?
– Я заберу вас в семь тридцать. А теперь приступим к работе.
Он сел за стол с самодовольным видом человека, завершившего дело к своему удовольствию, и начал диктовать ей. Грейси заносила его слова в блокнот, ее рука летала по листкам, но она делала это автоматически, потому что мысли ее были далеко.
Витали в сферах, не имевших ничего общего с работой.
Есть ли у нее склонность к самоубийственным поступкам? Ее мозг делал ей уже достаточно много предупреждений, но она тем не менее сознательно игнорировала их. Почему от ее имени постоянно выступает ее тело, даже когда она не хочет этого, даже когда она хочет, чтобы выступала голова?
Потому что ты сумасшедшая, сказала она себе. Засвидетельствованный случай.
Так-то вот.
Услышав вечером звонок, она пошла открывать дверь в полной уверенности, что теперь она владеет своими чувствами и будет владеть ими и в дальнейшем.
Морган стоял, прислонившись к проему двери, в той же одежде, в какой был на работе, хотя на нем не было галстука и две верхние пуговицы его кремовой шелковой рубашки были расстегнуты. Он посмотрел на нее с таким выражением на лице, как будто он точно знал, какое впечатление она хотела произвести своим неярко темно-синим нарядом и белыми сандалиями.
– Вы выглядите чудесно, – сказал он с легкой улыбкой, – очаровательно. Щеки – золотисто-розовые, как персик.
– Благодарю вас, – прошептала Грейси, чувствуя себя неловко. Она этого не ожидала, но, с другой стороны, разве Морган поступал когда-нибудь в соответствии с ее ожиданиями? – Проходите, пожалуйста.
– Не сейчас. Столик заказан на восемь тридцать, так что можно двигаться. У нас будет время выпить перед едой.
