– Что же, – сердито спрашивала она себя в бессилии, – что же теперь мне делать?
Глава 7
Явившись на работу утром следующего дня, Грейси узнала, что Моргана вызвали на срочное совещание в Париж, где он пробудет до середины недели. Она читала записку, написанную твердым знакомым почерком черными чернилами, и не понимала, какое чувство она испытывает в связи с его неожиданным отъездом облегчение или огорчение.
Она провела беспокойную ночь, метаясь в постели. Как только она впадала в полузабытье, в ее воображении ни с того ни с сего безжалостно возникал образ Моргана, заполняя все ее сознание и прогоняя сон.
Он сумел пробить барьер ее внешне невозмутимого спокойствия и заставил ее признать, что она испытывает к нему влечение. А теперь она вынуждена также признать, что любит его. У нее не было ни малейшего представления о том, что же ей теперь делать.
По каким-то неведомым причинам Моргана влекло к ней, но она точно знала, что его влечение не перерастет во что-то более глубокое. Ему не надо было объяснять ей, что он не верит в любовь, потому что это подразумевалось в каждом его слове и жесте, в кратковременности его любовных связей, в нетерпимом отношении к Рики, который испытывал искушение поставить свои чувства к Дженни выше интересов своей карьеры.
Он сказал ей, что с пониманием относится к ее отказу вступить с ним в любовную связь, и она ему поверила, но, спрашивала она себя, как долго это может продолжаться, если он наверняка знает, что достаточно одного его взгляда, одного прикосновения – и она растает.
"
"Все новые и новые вопросы приходили ей на ум, и к обеду у нее разболелась голова. Она приняла две таблетки аспирина и пыталась съесть булочку с ветчиной и капустой, как вдруг зазвонил телефон.
Это был Тони. Он пригласил ее вечером на ужин, и она согласилась. Она не собиралась становиться в ряды тех женщин, которые всю жизнь сохнут из-за неудавшейся любви.
Они пошли в бар около Таймс-сквер, и на этот раз она выпила вина ровно столько, сколько могла осилить – не больше.
Но она выпила достаточно, чтобы успокоить свои смятенные чувства, и к концу вечера они сильно развеселились.
С Тони можно было расслабиться. Он не был без ума от нее, но она ему очень нравилась, и его комплименты были как раз тем лекарством, в котором нуждалась Грейси для восстановления своего душевного равновесия.
Когда он высадил ее у дома, она поблагодарила его и быстро поцеловала в губы, слегка покраснев от его вопросительного взгляда.
