Ловушка для Котенка

— Что? Разве я не правду сказала?

— Правда в том, Кэя, что лучше тебе не быть на меня похожей, потому что быть мной — это, знаешь ли, так себе… — пробурчала она себе под нос и вдруг четко, с выражением и какой-то странной уверенностью заявила: — Я немножко двинутая. Может, даже и «множко». Поэтому ни капли мне моя общительность и веселость не помогают. Чем дружелюбнее я себя веду, тем более придурковатой считаюсь. От меня всегда стараются избавиться, выжить из любого коллектива… чувствуют, наверное, ненормальность.

Вот такая я — вынужденная одиночка. Так что я знаю: и ты радуешься, что, наконец, от меня избавишься.

— Радуюсь. Что познакомилась с тобой.

— Ага-а, — протянула девушка скептически.

— Правда, Джуд.

— Ладно, глупый разговор ведем… ни к чему это все. Пока, что ли, Кэя-задница?

— Пока, Джуди-Пузо.

Мы неловко обнялись, и я пошла к аэробусу. Козловски и прочие провожающие толпились у аэро-площадки, что-то выкрикивали тем, кто улетал, махали руками. Станционные приборы и инфо-браслеты я уже сдала, поэтому задерживаться причин не было.

Заняв свое место в аэробусе рядом с Дейриганом, я посмотрела в окно на Козловски.

Девчонка (все никак не могу принять, что она меня старше), стояла, сложив руки на груди, и, усмехаясь, смотрела на меня. Глаза у нее были грустные… А я только сейчас поняла, что эта грусть в ее глазах всегда была. Просто мисс-Пузо так себя ставила, что меньше всего хотелось бы приглядываться к ней и замечать подобные вещи. Она действительно немножко двинутая. А может, и множко — как она сама и сказала.

Но это не отменяет того факта, что она станет моим самым светлым воспоминанием о Гебуме.

— Необычная девушка эта Джуди Козловски, — сказала я, задумчиво на нее глядя. — В хорошем смысле необычная.

— Да, хорошая, — с готовностью подтвердил Дейри."

"Двигатели аэробуса заворчали громче, и он мягко оторвался от площадки. Пассажиры пристегнули себя и свой багаж — багажное отделение в этой модели аэробуса не предусматривалось — и стали ждать, когда махина поднимется выше.

Я смотрела на модули станции, пока те не стали мелкими-мелкими, а потом и вовсе не затерялись в зеленом царстве джунглей.

Аэробус набрал высоту и скорость.

Смотреть в окна стало неинтересно — сплошная смазанная зелень внизу — и я стала устраиваться на сиденье поудобнее. Дейригану тоже было неинтересно смотреть в окна; с некоторых пор ему было интересно смотреть только на меня. Взяв меня за руку, он поцеловал ее и произнес:

— Всегда буду помнить эту планету.