Ловушка для принцессы

По прибытии этой легендарной «женщины» — пропустить, проводить в камеру предварительного заключения и доложить мне!

И вот почему я, наследная принцесса, вместо того чтобы в означенной крепости получить отдых и негу, приличествующие моему положению, вынуждена разбираться с вопиющими нарушениями дисциплины?! А ведь это одна из образцовых крепостей!

— Казначея привести в срочном порядке, — развязывая тесемки плаща и взбегая по крутой лестнице, приказала я.

Следом за мной двинулся пониженный в звании начальник гарнизона.

Хантр расставлял измученных долгим и изматывающим путешествием моих охранников на посты, одновременно приказал провести построение всего личного состава крепости. По документам тут двести воинов, сорок лучников и конный отряд в семьдесят голов. По документам…

Спустя два часа я уже знала, что общая численность войска в крепости Аргат составляет всего сто восемьдесят человек. А жалованье исправно начислялось на триста десять!

— У меня слов нет, — сообщила я сидящему напротив и понуро разглядывающему пол рядовому Эурану.

 — Вы, в стремлении к наживе, ослабили оплот власти Оитлона на западе! Ослабили, мой лорд.

Казначей Лотс, взирающий на меня влюбленными глазами уже за одно то, что хоть кто-то здесь ведал язык цифр и расчетов, умиленно кивал в такт моим словам.

— Ваше высочество, — начал Эуран, — мне нечем оправдать свое поведение.

— Я в ужасе, — честно призналась ему. — Под Верейском тысячи гоблинов.

Лорд вздрогнул, и я поняла: он знал, что ситуация вышла из-под контроля! А это уже изменой попахивает!

— Предлагаю облегчить свою участь.

 — Отложив документы, я взглянула на военного. — Я даю вам шанс и возможность чистосердечного признания, в этом случае гарантирую смягчение наказания.

Он вскинул голову, и в этот миг я осознала, насколько бывший капитан морально пал.

— Утырка! — прохрипел этот глупец. — Если ты… если ты хоть пальцем прикоснешься к Элани, в королевстве на одну стерву станет меньше!

Давненько мне не угрожали.

— Хорошо. — Я села ровнее. — Понимаю ваши чувства. Страх за любимую — это достойно уважения.

Казначей решил опуститься на стул, но промахнулся и грохнулся на пол.

— Собирайте личные вещи, — продолжала я, — по прибытии вашей женщины можете покинуть крепость. И это всё, что я могу для вас сделать.

Собрать вещи, как, впрочем, и поблагодарить он не успел: послышался стук копыт подъезжающего отряда. Эуран сорвался с места, я неторопливо направилась за ним.