— Он тебя мучает?
— Нет почти. Не знаю, организм такой или лимон действительно работает. Но проверять не очень хочется, если честно.
— Ли-мон, — Тигран повторяет, набирая что-то в телефоне. Он всё записывает? — Хорошо. Ещё что-то?
Неуверенно жму плечами, замолкая. Это странно — обсуждать с Тиграном свою беременность. Я ведь не хотела, чтобы он вообще о ней знал, а теперь мужчина думает, что ребёнок от Михаила.
Всё так запуталось, даже не знаю в какой момент. Но понимаю, что в ближайшее время Тиграну объяснять ничего не буду.
Завтра, да? Он обещал, что что-то сделает.
А после можно думать и гадать. Пусть мужчина и не хотел детей, но он заслуживает знать. Так ведь? Просто не сразу, не сейчас. Как только что-то станет ясно и…
— Оценишь мои кулинарные навыки? — передо мной ставят кружку с зеленым чаем. — Я очень старался, мышка.
— Спасибо, — отвлекаюсь на писк телефона, делая глоток горячего напитка. — У тебя явно талант к готовке.
— Стараюсь, — у него такой приятных смех. Короткий, легкий. Волоски на теле становятся дыбом, в животе всё скручивает узлом.
— Кто пишет?
— Алекс. Он обещал мне скинуть рецепт завтраков. Для беременных.
— Алекс? Ясно. И что он ещё тебе пишет?"
"Отрываю взгляд от экрана телефона, встречаясь с недовольным Тиграном. Он ничего не говорит, даже не хмурится. Но одни глаза чего стоят: словно потемнели, сощуренные.
Мороз бежит по коже, хотя я ничего не сделала. Сразу хочется оправдаться и отбросить телефон подальше. Но сдерживаю себя, стараясь звучать уверенно:
— Ты против? Тигран, ты не…
— Не имею права, да.
Мне просто не нравится этот шеф-повар. Который написывает беременным клиентам среди ночи.
— Ещё даже не вечер!
— Не важно. Сам факт раздражает.
— Ну конечно.
Прячу улыбку за кружкой, не чувствуя ни капли раздражения. Короткая вспышка ревности, почему-то, не пугает. Мужчина недоволен, но даже не пытается повлиять на ситуацию.
Не отбирает телефон, не запрещает переписываться с Алексом. Он бы точно получил скандал после такого, отправился бы вон из квартиры.
Но Тигран даже не говорит ничего, например, мне нужно заблокировать повара.
Ну так, намекает.
Очень жирно.
— И чему ты улыбаешься, Лан?
— Твоей ревности.
— Я не ревную. Это так, переживаю за его профпригодность.
— А что можно говорить о твоей пригодности, если ты переспал с собственной помощницей?
— О моей адекватности. Кто бы мог устоять перед тобой, мышка? Красивой, милой, с этим очаровательным румянцем… У меня изначально не было шансов.
