Но учитывая сумму комиссии с его дохода — и так неплохо забираю.
— Да, не бросал.
Отвечаю невпопад, прожигая взглядом спину Ланы. Как двигается рядом с Михаилом, хватается за его локоть. Вся такая гордая и красивая. Пиздец, красивая.
Нет, мышка всегда такая даже. Даже спрятавшаяся за папку и в офисном наряде. Но сегодня… Словно богиня в своем синем платье, хрупкая и утонченная. Даже на мышку не похожа.
Сама стала хищницей.
— Виктор, я попрошу об одолжении? — одолжить травмат из личной коллекции и дать мне время.
Одного ебаря тут отстрелить нужно. Который опускает ладонь ниже талии. — Надо пробить по банкам фирму. Где есть счета, все.
— Это самая банальная махинация, которую пробить легко.
— А я пока не высокого мнения о Тихонове.
Он меня, по факту, бесит. Не стоит долго задерживаться и позволять быть рядом с моей мышкой. Сжимаю кулаки, застываю, когда он наклоняется и что-то шепчет Лане. А та заливисто смеётся.
Зараза.
Включаюсь в разговоры, но всё равно мысли возвращаюст к мышке.
Так она сегодня занята? Отпрашивалась, значит, в салон? А Михаил, конечно же, отпустил.
Я бы тоже отпустил.
Но Лана у меня такого не просила никогда. А я никуда и не приглашал. Потому что светиться где-то с любовницами — плохая затея. Итак сделал поблажки, рискнул. Даже совместный обед был риском. А я на него пошел.
Теперь же я двигаюсь к парочке, желая просто поговорить. Пару ничего не значащих фраз. Спросить. Значит, это с ним у неё отношения?! Решила не отходить от привычек?
Заводить романы на работе?!
Когда Михаил поправляет её волосы — сука — хочется забрать Лану.
Запихнуть обратно в машину и всё решить. С какого хера она здесь делает, с ним.
Ярость затапливает, притормозить не получается. Давит раздражением, взрывая все приоритеты. Лана будоражит, злит, вызывая то, чего никогда не испытывал.
Тормози, Мирзоев, она не твоя.
Но это так неважно.
Нашу троицу спасает только аукцион, где каждый меряется деньгами. Всем плевать на благотворительность, уверен, половина даже не знает тему вечера.
Главное — засветиться.
Слушаю про лоты, глушу шампанское. А лучше бы виски, но всё приторно-вылизано, до лоска. Блестяшки на шеях, дорогие наряды. Не стал бы даже соваться сюда, но…
Что-то потянуло.
А теперь не отвожу взгляда от Ланы, которая сидит на первом ряду. Шепчется с Михаилом, смеётся, раздражает. Виски сдавливает новым приступом боли, желания забрать её.
У меня нет права.
Но…
Аукционист начинает с безделушек.
