Ловушка. Форс-мажор

А Смолов и Катя – они тогда кто? Выражаясь твоей классификацией, наемники?

– …Извини, пока не забыла: Паш, помнишь, ты вчера говорил, что у тебя якобы есть выход на какого-то депутата Госдумы? – ушла от ответа Полина, переведя пути идеологической перепалки, как заправский стрелочник. – Ты не узнавал, где он сейчас? Забыл?

– Ничего я не забыл. В отличие от некоторых.

– И где он сейчас? В Москве?

– Пока здесь. Но сегодня вечером уезжает.

– Поездом, в 22:30. «Северная Пальмира». С Московского вокзала.

– О! Крутой, между прочим, поезд, – прокомментировал Лямка.

Ольховская бросила взгляд на часы и разочарованно протянула:

– Ах ты, ёлки-палки-зелёнки! Хотя… В принципе, может, еще и успеваем… Паш, собирайся, нам надо срочно ехать.

– К Санычу, в больницу.

– Позволь спросить: на фига?

В этот момент Иван сделал отчаянно-круглые глаза и, больно пнув ногой под столом Козырева, отчаянно зашептал:

– Народ, беда! Так я и думал! Паш, ты только не оборачивайся.

– Что случилось-то? – поддавшись панике, перешел на шепот и Козырев.

– Да тихо ты, не дергайся… Я его сегодня днем случайно заметил. А потом – вечером, буквально перед самым заходом в кафе. Подумал: черт его знает, может, просто показалось? А теперь вот снова. Точно – он! Вошел – и по залу глазами зырк-зырк. У-у, вражина…

Ольховская невольно проследила траекторию Лямкиного взгляда и, не сдерживаясь, расхохоталась в полный голос:

– Паша, брек! Отбой тревоги. Можешь расслабиться и обернуться.

Козырев послушно повернул голову и увидел стоящего в дверях ладонинского охранника Севу.

– Этот, что ли? – насмешливо поинтересовался он у Ивана.

– Этот. А вы чего ржете-то? В натуре вам говорю – хвост!

– Н-да, похоже, в штабах ты, Лямка, окопался основательно – совсем нюх потерял… Я так понимаю, Полина, что этот, с позволения сказать, хвост за вами с самого утра тянется?

– Точно так, – весело подтвердила Ольховская.

– Хорошо, специально для штабных аналитиков поясняю: Полина у нас – девушка в бизнес-кругах известная, состоятельная, можно даже сказать, крутая и гламурная.

– А вот у меня сейчас кто-то получит за «гламурную»!..

– Все, молчу-молчу. Никакая ты не гламурная, а выдающаяся, и только.

– Так это охранник ее, что ли?

– О, ну наконец-то! Подвисший процессор господина Лямина запущен в работу путем перезагрузки.