Ловушка. Форс-мажор

Забрав у Саныча запечатанный конверт и выслушав целых ворох дополнительных (и вовсе не обязательных, по мнению Паши) инструкций, Полина и Козырев помчались на Московский вокзал. Вслед за ними, привычно наступая на пятки, понесся и серебристый «Тахо». Ззза-заколебал, честное слово!..

На вокзал они попали всего за десять минут до отправления поезда. Хорошо хоть депутата Воронова приметили сразу: тот еще не занял своего места в спальном купе и сейчас неторопливо выхаживал по перрону, смоля сигарету через стильный, красного дерева мундштук.

– Добрый вечер, Антон Николаевич!

– Добрый, добрый! А я уж думал, что вы не объявитесь.

– В принципе, могли и не успеть. Пробки, будь они неладны, буквально везде.

– Ну, по сравнению с московскими, у нас здесь, в Питере, еще по-божески. Но, скорее всего, лишь до поры до времени.

– Познакомьтесь, это Полина.

– Очень приятно. Воронов. Так что, молодежь? Чем могу быть полезен? Только выкладывайте безо всяких предисловий, а то времени остается все меньше и меньше.

– Ну, если без предисловий… Скажите, Антон Николаевич, вы знакомы с депутатом Карзоевым?

– Конечно. Периодически встречаемся, видимся на заседаниях, слушаниях. Опять же, как-никак в одной фракции состоим. Однако какого-то хорошего близкого знакомства между нами нет. Мы, если можно так выразиться, разного поля ягоды.

– Почему так? – спросила Полина.

– В двух словах не объяснишь. Исторически сложилось, – усмехнулся Воронов.

– Может, потому, что раньше у Карзоева были проблемы с законом? – Полина явно пыталась прощупать доселе незнакомого ей человека на предмет адекватности восприятия мироустройства.

– Отчего же. Слышал, читал, когда-то даже специально интересовался. Ничего не поделаешь: волею судьбы попал в депутаты, а, следовательно, ничто депутатское мне не чуждо. Каюсь, грешен. А посему так же, как и большинство моих коллег, каждое утро начинаю с просмотра сайтов навроде «компромат.вру». В том числе – в ожидании узнать что-либо свеженько-сенсационное о своей персоне.

– А чего здесь грешного? По мне, так с вашей-то работой подобный интерес вполне естествен, – рассудительно заметил Паша.

– Как сказать… Не секрет, что большинство чиновников и парламентариев внешне брезгливо относятся к «Компромату». Примерно также, как к порнографии. Но при этом зачитываются. И, к сожалению, меняются нравственно.

– Вы так и не договорили о Карзоеве, – нетерпеливо напомнила Полина.