Ловушка

Квартиру Гуров еще не осматривал, не было для того повода, и комнату эту не видел. Однако Качалин, открыв дверь, остановился и попятился. Лева налетел на хозяина, тоже невольно остановился, толкнув, в свою очередь, идущего следом Толика. Они застряли в дверях.

Гуров отстранил Качалина и вошел.

На кожаном диване лежала Вера. Она лежала навзничь, раскинув руки и ноги, будто распятая, закинув голову.

– Матерь божия! – выдохнул Качалин.

Гуров оттолкнул его и Толика от двери, хотел было пригласить из гостиной врача и эксперта, услышал какой-то посторонний, но очень знакомый звук и остановился.

Гуров вытер ладонью лицо, пытаясь сосредоточиться, даже тряхнул головой и прислушался.

– Совсем уж, – буркнул он и улыбнулся.

Девушка тихонько похрапывала – она крепко спала, и лицо у нее было не бледное, а румяное и хорошенькое.

Мужчины вошли, Качалин перекрестился и сказал:

– Зациклились, ясным днем невесть что мерещится.

Толик хохотнул, оглядел девушку:

– Доступ к телу продолжается, вход червонец, отступные…

Гурову так хотелось ударить, что он даже, не удержавшись, резко повернулся, на мгновение потеряв над собой контроль.

Толик втянул голову в плечи, покорно ожидая, замер, и эта рабская покорность привела Гурова в чувство. Будто ничего не произошло, он спокойно, правда, чуть запинаясь, спросил:

– Что вы хотели нам здесь показать, Игорь Петрович?

Качалин не расслышал, возможно, умышленно оттягивая время, взял с кресла подушку, подложил Вере под голову.

– Значит, не должен был прийти сегодня в тринадцать часов? – спросил Качалин и вдруг подмигнул, причем неизвестно кому подмигнул, так как смотрел не на Гурова и не на Толика, а между ними, на стоявший на книжной полке большой энциклопедический словарь.

Гуров ожидал новой вспышки и бранных слов. Толик Бабенко лишь пожал плечами и отвернулся.

– Говорил тебе: не лги по мелочи, в большом веры не получишь. – Качалин подошел к письменному столу, жестом подозвал Гурова, указал на календарь-ежедневник.

 – Супруга-покойница большая аккуратистка была, всегда на каждый день план составляла. Ознакомьтесь.

Лева подвинул календарь. Каждая страница его была заполнена красивым четким почерком: распорядок дня от семи утра до семнадцати-восемнадцати. Видимо, на этом рабочий день Качалиной кончался, потому что вечерние часы были либо не заполнены, либо пестрели различными неразборчивыми записями, сделанными различными почерками.