И слишком легко он мог сейчас отступиться…"
"И вот теперь было похоже, что он пошел на попятный. В последний момент. Он не сумел оторваться от жены с дочерью, он все взвесил и решил остаться с семьей. Да к тому же еще и струсил позвонить Надин. Он оставил ее стоять на проселочной дороге, в темноте и под дождем. Отделался от нее таким холодным и жестоким образом, даже не посчитал нужным объясниться с ней… Она торчала где-то на пустыре, как выброшенная ненужная мебель, и не знала, как жить дальше.
В какое-то мгновение Надин подумала позвонить ему домой, чего она еще никогда не делала.
В такое время суток это поставило бы его в неловкое положение перед женой. Но в Надин тут же одержало верх чувство опустошенности и усталости, и она поняла, что этот звонок ничего ей не даст.
Она снова опустила в карман куртки свой мобильник, который уже хотела достать, и отправилась обратно к машине. Мокрая насквозь, снова села за руль и безучастно уставилась в темноту. Когда она завела мотор и уехала, было уже начало второго.
А на следующий день услышала за завтраком, что Петер был в «У Надин» накануне вечером.
– Тебя ведь это должно было утешить, когда ты услышала, что он был здесь, – сказал Анри. – Он не бросил тебя. С ним что-то произошло.
Надин уставилась куда-то мимо него. Дверь, ведущая на улицу, была немного приоткрыта, и несколько осенних листьев, притаившихся за углом их дома, запылали под лучами солнца.
– Это я только сейчас узнала, – отозвалась Надин, и в ее голосе начал нарастать ужас, который все больше и больше охватывал ее.
– Он и здесь еще мог бы изменить свое решение. Но он мертв, и… О боже! – Она прижала руку ко рту, словно испугалась своих слов. – Как это могло произойти? Как это могло произойти?
Ее муж подождал, пока она вновь немного успокоится.
– Его убили. – Он указал пальцем на газету. – Где-то в горах.
Надин снова взглянула на фото, и Анри увидел, как побелели костяшки ее сжатых в кулак пальцев.
– Как давно ты знал о нем? – спросила она.
– То, что у тебя кто-то есть, я предполагал уже несколько лет.
Но о том, что этот кто-то – он, я узнал только в пятницу.
– Как ты вдруг это выяснил?
– Я ничего не выяснил. – Глубочайшая отрешенность вновь наполнила Анри, и он с горечью добавил: – Я уже давно вообще ничего не хотел выяснять. – Он сделал еще глоток кофе, не чувствуя при этом никакого вкуса. – Об этом мне сказала Катрин.
– Катрин? Она-то откуда об этом узнала?
– Разве это важно? Она знала об этом и рассказала мне.
