Что она имела в виду? Между ними, конечно, случались разлады, но в каких парах их не бывает? Ему следовало раньше понять, с каким нежеланием Каролин жила во Франции, следовало раньше заметить, что она очень несчастлива. Хотя уже давно было ясно, что причины развала их брака лежали совсем в другой плоскости, Кристофер упорно цеплялся за проблему места жительства – возможно, был уверен в том, что в этом пункте можно было найти спасение. Но он не желал менять ни себя, ни свою склонность безгранично отдаваться своей семье.
А потом Каролин ушла, а вместе с ней и дети, и собака, боксер по кличке Багет, и развод прошел быстро и гладко. Хейманн уже не нашел в себе сил сопротивляться – да, видимо, и понял, что это бесполезно…
И вот теперь он смотрел на это семейство, устроившееся перед ним на пляже, и пытался определить, были ли в нем уже какие-то признаки разлада. Некоторые из них угадывались довольно рано – и он знал их, он слишком хорошо знал их…
Но эта семья пока еще была нормальной. Мужчина окликнул жену по имени, и она открыла глаза и улыбнулась.
Ее улыбка не казалась притворной – она была теплой и счастливой. Двое их детей начали строить на берегу песочный замок со сложной системой каналов, и их отец хотел обратить на это внимание матери. Она помахала обоим и снова закрыла глаза, пытаясь найти удобное положение у стены.
Всё в порядке. Эта картина вызвала в Кристофере теплое чувство. Зависти он не знал. Но знал чувство тоски. Очень сильное, очень глубокое чувство тоски, которой было почти столько же лет, сколько и ему самому.
Которое родилось в тот день, когда ушла его мать.
Он поспешно продолжил свой путь.
4В десять часов Лаура остановилась около «У Надин» и вышла из машины. В эту ночь она впервые после прошлой субботы смогла заснуть. В голове у нее крутилось множество мыслей, но в какой-то момент она отключилась и проснулась только в восемь утра.
Поскольку в доме не было никакой еды, Лаура поехала в Сен-Сир, заняла место в уличном кафе «Париж» и, укутавшись в теплую куртку, заказала себе кофе со сливками и багет с мармеладом.
Завтракать в этом кафе тоже было их с Петером старой привычкой: они часто сидели здесь на плетеных стульях с мягкими, выгоревшими от солнца зелеными подушками на сиденьях и наблюдали за собаками, бегущими трусцой через рыночную площадь, и за людьми, которые заходили в находящуюся рядом парикмахерскую и выходили из нее; или просто глядели на листья деревьев, щурясь от солнца.
