Мы всегда сильнее числом. Но это школьная функция, а не план бегства от них. Поэтому я киваю.
— Я пойду налево. Удачи. — Дарю улыбку в хорошем настроении.
Когда мы расходимся, я делаю глубокий вдох, наклоняя голову, чтобы немного похрустеть шеей. Когда я начинаю перемещаться между левыми и правыми, все становится немного размытым, поэтому я пытаюсь набрать темп.
Я знаю, что у нас так мало времени осталось здесь, и я ненавижу проигрывать. Чем дальше я забираюсь внутрь, тем больше чувствую себя потерянным, каждый поворот, каждое изменение направления кажется неверным.
Высота лабиринта слишком велика для меня, чтобы смотреть вверх и поверх живой изгороди, поэтому я даже не могу сказать, близко ли я к середине или нет.
Я уверена, что воздушный гудок сработает в любую секунду, одна только эта мысль заставляет меня бежать быстрее.
— Я пожизненный владелец крысы, я должна быть в состоянии выбраться из этой глупости. — Я ворчу, глубоко вздыхаю и немного кашляю. Мои легкие мокрые от тумана. Мое сердце сжалось при упоминании Ады.
Если они позволят мне выпуститься, не убив меня, я вернусь, чтобы заколоть его за убийство моего питомца.
Я кладу руки на колени, опуская голову, чтобы отдышаться.
Когда я снова поднимаю его, я поднимаю его с фонариком, сканируя его перед собой. Свет проходит сквозь туман, отражая белую краску башни, возвышающейся в нескольких футах от меня.
— Я буду чертовски проклята. — шепчу я с улыбкой на лице.
Когда я приближаюсь к строению, я замечаю золотую отмычку, свисающую на единственной нити со ступеней.
Потянувшись на цыпочках, я обхватываю пальцами бойкий металл, гордость наполняет меня до краев.
Я слышу, как дергается струна, и ключ падает мне в руки. У меня есть несколько секунд, чтобы полюбоваться искусственным золотом, но мои действия, похоже, вызвали ужасную череду событий. Как будто веревка была ловушкой, а я идеальной жертвой.
Вокруг меня раздаются крики, пронзительные, пронзительные вопли. Голоса, кричащие из-за пределов Лабиринта. Я подпрыгиваю, кружась слева направо, ожидая, что кто-то будет рядом со мной.
Вместо этого в ночи слышится постоянный звон выстрелов, отчетливый звук выстрелов.
Это просто фейерверк, объясняю я, хотя в облаках нет искорки или мерцания разноцветного света. Я могу сказать себе, что мне нужен только фейерверк, но правды это не изменит.
— Всем сохранять спокойствие и, пожалуйста, выйти во двор! — Я слышу, как один из учителей объявляет в микрофон, голос эхом отзывается на меня.
