Ложь напрокат

Она первая ученица в школе, у нее прекрасные задатки. Вот Лизин Юрочка избалован. К нему без конца липнут девчонки, ведь он такой красивый. Но очень целеустремленный. Легко поступил в Бауманский. И все же не хотелось бы для Сонечки мужа, подобного Юре.

Красивый мальчик женился в двадцать лет на ровеснице с экономического факультета инженерно-строительного института. Девочка выросла в детском доме. Ее в начале войны в числе других счастливчиков нашли живой возле развалин железнодорожного вокзала, в который угодила бомба.

Назвали Настей.

Сонечка к тому времени бросила педагогический, куда поступила по совету матери, и перевелась в Плехановский институт народного хозяйства, куда посоветовала поступить сама себе. Лариса, переживая за дочь, попросила Лизу присмотреть за своенравной девицей. Соня же проявляла редкое бездушие по отношению к матери и махровый эгоизм. Дошло до того, что «царевна Софья», как звал ее Юра, обвинила мать в том, что она обрекла доченьку на нищенское существование, лишила возможности жить в столице и не приобрела отчима, обремененного высоким общеcтвенным или государственным постом.

Елизавета, не долго думая, переселила Сонечку из общежития к себе. Одну комнату занимали молодые, во второй обитали они с Соней.

Сын благополучно закончил Бауманку и поступил в аспирантуру. Сноха вынуждена была взять академический отпуск в связи с рождением двух девочек-близнецов. Юре пришлось стать третьим, но отнюдь не лишним обитателем комнаты, занимаемой мамой и Соней. Близнецы не давали заниматься, высыпаться и вообще неприятно ограничили свободу жизни аспиранта.

Через некоторое время Сонечка покинула гостеприимную семью – якобы переселившись опять в общежитие. Через месяц она прихватила с собой и Юру, оставив Елизавету Семеновну и Настю в полной растерянности. Близнецы к этому событию отнеслись равнодушно.

Разговора между матерью и сыном не получилось. Он попросил мать не вмешиваться в его дела, сообщил, что вот уже почти год как разлюбил свою законную жену, погрязшую в заботах о детях, и категорически отказался возвращаться домой, где губят его блестящие возможности.

Приехавшую на подмогу Ларису Софья не пустила дальше порога снимаемой комнаты. Заявила, что глубоко наплевать на детей, на бывшую жену Юрика, а на Елизавету и собственную мать – тем более. Побелевшая от гнева Лариса в ответ сказала, что у нее больше нет дочери. Софья глумливо захохотала и демонстративно закрыла дверь на два оборота ключа. Так Лариса лишилась дочери, а Лиза – сына.