Ложь напрокат

Улыбаясь, пожелал всем доброго вечера и заботливо накинул на плечи Ларисы Никифоровны красивую теплую кофту.

– Мадам, – ласково сказал он, – вы загулялись, мы без вас скучаем. Дашка хныкала, со мной напросилась бабушку у тетенек отнимать. А подъехали – струсила. В машине осталась. Лера ужином не кормит, пока семья не воссоединится. Поедем, а?

Похоже, Лариса Никифоровна действительно обрела настоящую семью.

После ее отъезда подруги налетели на меня с расспросами. Я вежливо попросила прощения и сказала, что материалы следствия разглашению не подлежат.

На меня обиделись. Полчаса я находилась в изоляции. Как шкаф в маленьком закуточке. А потом каждая, одна втайне от другой, по очереди просила поделиться («ну уж мне-то ты можешь сказать») секретом. Перед сном я все же засомневалась: может, все же сказать то, что сочту возможным, – Татьяне не десять лет, она должна знать, что отец у нее сволочь. Одной сволочью больше, одной меньше… Муж-то у нее тоже такой… Потом я подумала, что она кинется разыскивать своего легендарного папочку – такие обычно долго живут, в отличие от хороших людей, – а заодно и свою сестру. Да еще эта Софьюшка… Нет! Только в Танькином положении заниматься поисками! А искать она будет, надеясь, что кто-то из родных людей жив и ждет не дождется возможности исправить ситуацию. Не исключено, что странный наезд на Танюшиного двойника уходит корнями в семейную трагедию.

– Лариса Никифоровна приняла меня за частного детектива, – громко объявила я с кровати за лежанкой.

Ответом мне было полное молчание.

– Наш разговор напрямую касался Софьи и ее странной гибели. Спросите разрешения у Ларисы Никифоровны, и я вам с удовольствием расскажу. Что же касается родной сестры Татьяны, то ее на свете не существует – «уже не существует», – мысленно поправилась я. – Танюша, а почему вы не воспользовались квартирой твоей мамы? Зачем было ждать столько лет, чтобы получить однокомнатную квартиру в Бутове?

– Тут такая странная история получилась… Я после свадьбы сразу же прописалась в квартиру к родителям Сергея.

Пятиэтажка находилась в аварийном состоянии, и жильцы со дня на день ждали решения о выселении. Мы радовались, что успели меня прописать, из-за предстоящего сноса это стало бы невозможным. Как понимаете, дом и до сих пор на месте. И аварийное состояние ничуть этому не мешает. На очередь по улучшению жилищных условий встали через два года напрасных ожиданий выселения и простояли в ней счастливых десять лет. Жили очень дружно и весело.