Ложь напрокат

"

"– Какой нормальный человек анальгин сладким компотом запивает! Или чаем. Только водой. Иди теперь, сахарная, отстирывайся. И температуру, кстати, сбивают только после тридцати восьми.

– А зачем ты мне по щекам надавала? Кстати, не первый раз!

– Надо же! Без сознания была, а помнишь. Какая ты злопамятная, однако! Кто ж знал, что ты от компота сразу оклемаешься? Вот и надавала. Так сказать, для закрепления лечебного эффекта. И вообще, хватит трепаться. Тебе помочь с головомойкой или сама справишься? Что-то ты еще не очень…

Я поспешно отказалась от помощи.

– Ну смотри! Только вот это все выпей. Если анальгин приняла, температура наверняка спала. – Наташка потрогала рукой мой лоб, задумчиво подняв глаза к потолку: – Значит, эту таблеточку убираем. Экономия опять же…

Только я встала с табуретки на дрожащие ноги, как раздался робкий звонок, заставивший меня занять прежнее положение. Дверь тихонько приоткрылась, и в проеме показалась аккуратно причесанная голова Анастас Ивановича:

– Ой, девочки, вы обе тут? Помощь не нужна?

Мы как можно беспечнее замахали руками и заулыбались, сопровождая свои действия благодарным «нет».

Анастас Иванович удовлетворенно кивнула и ушла.

– А теперь – все по порядку, – скомандовала Наталья, усаживаясь в кресло, предусмотрительно подвинув его к дивану.

На диване полулежала я, слабыми руками пытаясь надавить на пластиковый флакон спрея для носа и одновременно вдохнуть лекарственные пары. Очевидно, что-то разладилось в моем организме.

Эти два действия никак не удавалось совместить. Разозлившись, я сняла крышку, опрокинула содержимое флакона в нос и тут же в этом раскаялась: излишки потекли по подбородку, мелкими каплями разлетелись от неудержимого кашля.

– Та-а-ак! Это в программу не входило. – Наташка ловко схватила подвернувшийся под руку доклад дочери с умным названием «Профилактика вирусных инфекций» и загородилась. – О! Какой нормальный человек спрей в нос ложками льет? – донеслось из-за плотных страниц.

Я не ответила – нещадно драло и нос и горло. Наташка, поняв, что в ближайшую минуту огрызаться я не смогу, прочла стихийно возникшую нотацию на тему преступной безалаберности некоторых идиоток, которым за сорок. К тому моменту, когда, по мнению подруги, процесс моего воспитания закончился, она отняла от физиономии доклад, а я закрыла глаза и сделала вид, что сплю.

Наташка пришла в замешательство.