Лозоходец

Глава 20

И ещё три дня пешего хода, потом поезд, вагоны для скота и пронизывающий холод. Морозы крепчали, утром мы просыпались с примёрзшими к железной стене волосами, отдирали их, иногда вырывая с корнями. Голод и новые смерти. Партия наша стремительно сокращалась. Детей не стало почти половины, а с ними и стариков.

Сейчас я вспоминал те видео, что смотрел в своём мире. Тогда искренне возмущался жуткими условиями, в которых жили ссыльные, но и подумать не мог, что мне доведётся испытать нечто подобное на собственной шкуре.

Сидя в уютной квартире и читая про тридцатиградусный мороз, мурашки сами собой начинают бегать по коже, здесь же… Обморожения рук и ног, ушей и носов. Кожа поначалу краснела, потом начинался отёк. Далее появлялись водянистые пузыри, как при ожоге. И хорошо, коли так. А вот если рука или нога начинала темнеть, приобретая синюшный оттенок, пиши пропало. Дальше гангрена, сепсис и смерть.

Пришлось мне повидать женщину с почерневшим носом и ушами. Глаза её смотрели в пустоту, и я сомневался в том, что она способна что-либо чувствовать.

Вероятно, сошла с ума от тягот пути. Её почерневшая кожа напоминала сожжённую бумагу, казалась такой же хрупкой, тронь, и она рассыплется пеплом. Покрасневшие щёки, покрывала россыпь волдырей. Она сидела у стенки, не замечая холода, и качалась из стороны в сторону, точно маятник.

Умер и мой разговорчивый попутчик Карп. Не выдержало сердце. Обнаружилось это утром, один из уголовников подошёл к нему, прикрыв смотрящие в потолок поблёкшие глаза.

– Повезло, – бросил он коротко.

– Почему? – наивно спросил я.

– Думаешь, лучше в тайге лес валить? – зло обернулся ко мне заключённый."

"Бочком, бочком подобрался к мёртвому Карпу плюгавенький мужичонка, стащил с рук тёплые варежки, обернулся кругом, не смотрит ли кто, не претендует ли на свою долю добычи? Но народ ещё не настолько потерял стыд. Пока ещё никто не решался грабить мертвецов. Лишь самые отчаянные. Мужичок, пугливо озираясь по сторонам, стащил верхнюю одежду и валенки, снял стёганые штаны.

Быстро натянул всё на себя и отошёл в сторонку. Потом это станет обыденным делом, мёртвым хорошая одежда ни к чему. Да и сейчас мало кто обращал внимания на то, что творится вокруг. Люди впали в оцепенение, оживляясь лишь тогда, когда приносили пищу.

Выгрузили последнюю партию спецпереселенцев, им ещё предстоит долгий путь к месту ссылки. А к нам добавили политзаключённых и уголовников, с которыми мы отправимся уже до самого конца.