Лозоходец

С обидой в глазах он смотрел на собственный паёк – двести грамм, небольшой кусок, который выдали на весь день. К нему неполная тарелка супа, по большей части просто воды, где плавало что-то отдалённо напоминающее разваренную капусту. Для растущего организма и вовсе – насмешка.

Я поглядел на свой кусок.

– Ничего, – толкнул меня в бок Григорий, усевшийся в столовой рядышком, – будешь выполнять норму, до восьмисот грамм поднимут.

Молча кивнул ему, отломал половину от своей порции и отдал Пашке.

– А вы как же? – Удивлённо глянул мальчишка.

– Не пропаду, ешь, – я размочил в горячем супе оставшийся хлеб, растягивать его на весь день смысла не имело, доел свою порцию и поднялся из-за стола.

Нас повели на утреннюю поверку. В воздухе ещё плавали обрывки тумана, ветер кружил сдуваемый с крыш и заборов снег. Темно, только фонари освещают двор, по периметру стоят охранники с собаками. Раньше я их не видел или не заметил.

Людей разделили на разные партии. Нам досталась заготовка дров.

– Пообвыкнетесь, – проворчал старый надзиратель, – потом уж и на нормальную работу отправим.

Когда мы добирались сюда, я думал, что здесь и лесов-то нет, одна голая тундра, с пятнами стланика. Выйдя же за ворота, конвоиры повели нас, отряд из пятидесяти человек, в другую сторону от лестницы, по которой мы попали сюда. И пусть было темно, удалось разглядеть всё на много вёрст вокруг. Лагерь расположился на нескольких сопках, соединённых между собой узкими тропками. С одной стороны, откуда мы пришли, была широкая долина, а позади наших сопок раскинулся лес, бескрайний и молчаливый.

По правую руку вдаль уходило ущелье, его дно прорезал быстрый ручей, не замёрзший даже в такой холод, далее виднелась широкая лента реки. По-над ручьём вилась дорога, уводящая вдаль, почти к концу ущелья, к каким-то непонятным постройкам. Туда сейчас шли большие отряды заключённых под усиленной охраной.

Нас же повели по неприметной тропе вниз, к видневшейся реке. Шли долго, ноги увязали в сугробах, с непривычки горели мышцы, дыхание сбивалось.

– Ближе нельзя дров нарубить? – Спросил один из новеньких.

– Запретили там вырубку, – отозвался хилый мужичок-заключённый, – а возле реки сухого леса много, его и валить легче.

Я удивился, заметив среди нас нескольких явно «блатных», здоровых мужиков.

– Эти тоже новенькие? – Спросил у хилого."

"– Не-е-е, в карты выиграли у охраны послабление режима, – махнул он рукой, – не связывайся с ними. У них свои законы.