– А за что?
– За «Декард». Вы заставили меня вспомнить, и я вдруг почувствовал, что мне уже не так больно. Понимаете, я много лет прячу в себе этот ужас, а сейчас вот… Кажется, все перегорело. Меня ведь там здорово покалечило. И это я катапультировал реактор.
– Я так и думал, – кивнул Боровский. – Поэтому ты и здесь. Ты, Майк, Иветта… Не хватает только Алекса и Задницы. И Абрам бы нам сгодился.
– Твою мать, до чего же нас мало! – воскликнул Фокс.
* * *Когда «Гордон» и «Тушканчик» завершили торможение у границы Пояса, Боровский тут же развил на вверенном ему борту нездорово бурную деятельность.
Рашен специально оставил день свободного полета до встречи с полицейской эскадрой, чтобы все детально обдумать и заодно дать людям привести себя в порядок. Боровский решил из этого дня выжать все, что можно.
Первым делом он затребовал на «Гордон» дневальных с «Тушканчика», чтобы организовали челночные рейсы с награбленным барахлом. Невероятных размеров куча всякой дряни уже забила доверху грузовой шлюз и проявила тенденцию к расползанию в глубь корабля.
Прибывшие дневальные, отворив люк, уперлись в эту груду металлолома и замерли в тихом ужасе. Просочиться внутрь «Гордона» и попрятаться они не могли. Сымитировать какой-нибудь отказ техники и улететь обратно, бросив все так, как есть, – тоже. На этот случай их в шлюзе поджидал Боровский.
– Ну что же, – раздался его приглушенный расстоянием голос с противоположной стороны кучи. – Там с краю ящики лежат, вот с них и начинайте. Дюжина ящиков с эмблемой «Маузерверке».
– Господин коммандер, сэр! – крикнули ему. – Вы эту посудину совсем выпотрошили или у вас там внутри хоть что-то осталось?
– Пока не увижу ваши рожи, отдыхать не дам, – предупредил Боровский, игнорируя шутки. – И если хоть раз задержитесь на «Тушканчике» дольше пятнадцати минут – пеняйте на себя.
– Значит, сверху надо брать, – заметил один из дневальных, обреченно поднимая глаза туда, где куча смыкалась с потолком.
Катер начал сновать между кораблями.
Боровский со своей стороны придирчиво допрашивал, что именно взяли, и ставил пометки в импровизированной накладной. Через час он сорвал голос и догадался общаться с грузчиками по интеркому. Еще часом позже откуда-то сверху просунулась красная от натуги сержантская физиономия и сказала:
– Здрасте, господин коммандер, сэр. Что-то вы с лица спали. Плохо кормят тут?
– Весь в заботах, – миролюбиво объяснил Боровский. – Ну, как там наш «Махди»?
– Летает потихоньку.
