Вернер махнул рукой – мол, не надо – и поднялся.
– Разрешите идти? – спросил он.
– Разрешаю заходить в любое время, – сказал адмирал. – И не забудь, старпому Боровскому приказано содействовать тебе в части, его касающейся. Пока, Andrey.
– До свидания, – сказал Вернер, подмигнул и вышел за дверь.
Адмирал повернулся вместе с креслом, набрал команду на замке сейфа, просунул в него руку и схватился за бутылку самогона, как утопающий за спасательный круг.
* * *Отвергая духовное наследие предков, как не оправдавшее себя и чуть было не погубившее Землю, человечество тем не менее не хоронило старые добрые технические идеи.
Поэтому «Тушканчик» был сконструирован по принципу русской матрешки и мог позволить себе такую роскошь, как искусственная гравитация, за счет раскрутки одной из оболочек. Безусловно, инженеры предпочли бы менее замысловатое решение проблемы. Все-таки чем проще судно, тем выше его живучесть. Гравигенератор, легкий и компактный, вписался бы в схему круизера серии 100 как нельзя лучше.
Но, к сожалению, на момент закладки «Пола Атридеса» таких генераторов в природе не существовало. И ходил корабль на традиционной ядерной тяге, и команды из боевой рубки шли не к каким-нибудь заковыристым искривителям пространства, а к нормальным импульсным лазерам. Так что единственным революционным новшеством, отличавшим «Тушканчик» от прочих судов группы F, был фаллический рисунок на дне рекреационного бассейна."
"Вращающаяся оболочка корабля в просторечии именовалась «рабочей зоной».
Она делилась поперек на так называемые палубы, на которых и проходила вся жизнь экипажа. В распоряжении астронавтов всегда имелся чуть заметно вогнутый пол и более явственно выгнутый потолок. Хочешь прыгай, хочешь падай, если очень хочешь – лезь на стенку. А вот кувыркаться в невесомости тебе незачем. Чинить силовые коммуникации и пушки, смонтированные в «разгруженной» зоне, ты все равно не умеешь. На это имеются техники, вот им и положено уметь летать.
У них даже заболевание есть профессиональное – «синдром летчика».
Разумеется, все испытывали кратковременную невесомость по пути от причальных шлюзов до рабочей зоны, но ее сводили на нет электромагниты, присасывающие к полу стальные вкладыши в подошвах форменных ботинок. Кроме того, магнитный пол исправно подбирал из воздуха бесхозные железяки. Полная невесомость считалась чересчур коварной штукой, чтобы позволить ей резвиться на военном корабле.
