– Почему?
– Уж больно тоскливый будет разговор.
– Да ладно, я прикажу своим чудикам уши заткнуть. Эй! Всем негодяям, которые подслушивают! Уши за-ат-кнуть! Раз-два! Это приказ, мать вашу!
В эфире неожиданно раздался легкий шорох.
– Какие дисциплинированные ребята, – похвалил Рашен.
– У меня хорошие копы служат. Грех жаловаться. Ну, говори.
– Боб, ты помнишь казус со «Скайуокером»?
– Бля! Еще бы!
– А ты в курсе, что один человек выжил? Прилетел на аварийном модуле прямо к Земле?
Рабинович почесал в затылке.
– Да как тебе сказать… – пробормотал он. – Не то чтоб, блин, совсем не в курсе… Но без подробностей.
– Тогда держись за кресло. Вместо настоящего человека прилетел клон.
– Твою мать! Откуда знаешь?
– Тетя Хая сказала.
– Ты не знаком с тетей Хаей! – заявил Рабинович тоном прокурора на суде.
– С тетей Хаей из Парижа или с тетей Хаей из Чикаго?
– Чтоб ты сдох! Перестань издеваться, трам-тарарам! Я серьезно, мать твою!
– Я его препарировал.
"
"– Та-ак… – протянул Рабинович. – А сначала, бля, убил.
– Я очень много людей убил, – сказал Рашен сухо. – На Марсе, на Венере, в открытом космосе. Очень много, Бобби.
– Ты не путай, старый хрен, войну с убийством. Ладно, проехали. Где ты его откопал?
– Он несколько лет ходил на одном из моих кораблей. – Рашен не уточнил, что Мейер ходил на «Гордоне», дабы лишний раз впечатлительного Рабиновича не пугать. – И между делом стучал в Адмиралтейство.
– Ни хера себе!
– Вот именно. Очень странная история, Бобби. Понимаешь, он даже под гипнозом уверял, что он настоящий. У него была подсажена ложная память. И сам клон сделан великолепно, от человека не отличишь. Мы его вычислили, потому что нашли доказательства гибели прототипа. А теперь уже знаем совершенно точно. Мой док Эпштейн нашел там какое-то крошечное несоответствие… Не помню, я не специалист, какие-то мелкие отклонения в структуре ДНК.
Но если и была у клона своя программа, то где-то на самых задворках мозга. Мы еще не умеем копать так глубоко.
– То есть зачем этот урод у нас ошивался…
– Совершенно непонятно.
– И что мы об этой херне должны подумать, а?
– А вот это к тебе вопрос, – заметил Рашен. – Ты же у нас коп.
– Вот что, – сказал Рабинович твердо. – Он сейчас у тебя? Дай его мне, а? У меня все-таки судебно-медицинская экспертиза.
– Надо подумать.
